Книга Искатель, 2013 № 08, страница 112 – Анатолий Галкин, Александр Юдин, Журнал «Искатель»

Корноухов сразу понял намек. Место встречи назначено за памятником Юрию Долгорукому, сидящему на хвостатом коне.

Но почему не в кабинете? Неужели даже Чиркин боится, что его слушают? А ведь когда-то именно против этого боролись демократы первой волны.

Да, за что боролись, на то и напоролись.

Корноухов первым заметил Чиркина. Тот стоял около черной «Вольво» и нервно смотрел на часы.

Завидев Бориса Петровича, он жестом пригласил его в машину и сам первым юркнул на заднее сиденье.

— Шофера я погулять отправил. Это потому, что у нас с тобой Борис Петрович будет трудный разговор. Ты позволь мне, Борис, откровенно.

— Именно — откровенно. Мы же с тобой как братья. Мы же с тобой вместе мечтали, вместе стояли у истоков партии.

— Много народа вокруг стояло. Да, мечты были светлые. А некоторые из нас предали эти мечты.

— Но это единицы.

— Что ты, Боря! Половина наших уже за бугром обосновалась. А те, которые здесь остались, бывают еще хуже. Один за другим в лужу садятся. Кто только жопой, а кто и мордой в грязь.

— Я, Юра, не понимаю тебя.

— Сейчас поймешь. Ты знаешь, что Елагина куда-то исчезла?

— Нет, она мне уже неделю не звонила. — Корноухов запнулся, понимая, что сказал лишнее.

— Да ты, брат, покраснел. Ты что думал, что о твоих шашнях никто и не знает? Да и не в этих шалостях дело. Исчезла так исчезла! Тебе даже лучше. Но дело совсем в другом.

Чиркин замолчал и начал глубоко дышать, собираясь сказать что-то важное.

— Вот посмотри, Борис, какая у меня трусливая душа. Никак начать не могу. Стесняюсь сказать тебе горькую правду.

— Говори, друг.

— Слушай меня, Боря, внимательно. Я сейчас прямо с важного совещания. Там я только что узнал, что МУР взял какого-то Лобачева. Тот начал давать показания. И абсолютно все валит на тебя. Мол, ты какого-то подследственного убил. И что ты жену банкира Назимова приказал убрать. И что на даче у Елагиной с тобой какая-то темная история приключилась. Они уже обыск там делали и твой бумажник в земле нашли.

— Слушай, Чиркин. У меня есть несколько дней?

— Нет у тебя этих дней. У тебя есть только часы или даже минуты. Сейчас идет согласование наверху. А вечером ты наверняка не приедешь спать домой. Я и так здесь с тобой рискую. Подставляюсь.

— А что можно сделать?

— Что делать? Лучше всего тебе немедленно попасть под машину! Все что угодно делай, но не попадай под следствие. Не надо еще раз пачкать нашу партию! Хватит нам позора. Народ и так уже считает, что все мы воры и жулики.

Корноухов быстро вернулся к себе.

Помощник, вставший при его появлении, бодро сообщил, что на семнадцать часов назначено важное совещание. И что Генеральный просил его никуда не уходить.

Борис Петрович все понял. Оставалось чуть больше трех часов.

Он открыл сейф и с тоской посмотрел на синюю папку. В ней было много неприятных документов.

Уничтожить? А зачем? Лучше уже не будет.

Но он все же достал папку и вынул из нее конверт, в котором лежала таблетка. Вторая таблетка!

Первую откушал этот хмурый Слесарь. И через три часа он мирно и незатейливо покинул этот мир с «инфарктом».

Борис Петрович взглянул на часы. До «совещания» оставалось ровно три часа. Он придвинул к себе стакан с остывшим чаем и дрожащей рукой положил таблетку в рот.

Потом он встал. Просто сидеть за столом не хотелось. У него еще уйма времени.