Книга Рассказы, страница 537 – Ричард Мэтисон

— Тогда все остальное не имеет значения.

— Имеет, — произнес он сердито. — Ты просто не знаешь, о чем говоришь. Не надо быть такой наивной. Это важно. Мой отец мог бы сказать, что нет. Моя мать могла бы так сказать. Но это важно. И всегда будет важно.

Он порывисто протянул руку и завел мотор. Дернул за рычаг передач, и машина покатилась по широкой, огибающей лужайку подъездной дорожке. Джеральд резко вырулил на дорогу.

— Я отвезу тебя домой, — сказал он сиплым голосом. — Я не стану на тебе жениться.

Она вздрогнула и пристально посмотрела на него. Она не могла говорить. Тело стало тяжелым и бесчувственным.

— Что? — пробормотала она, но даже сама с трудом расслышала собственный голос.

Мимо проносился темный лес. Она смотрела на силуэт Джеральда, на глубокие тени на лице от тусклого света приборной доски. Руки у нее тряслись.

— Джеральд, — позвала она.

Он не ответил. Кэтрин прерывисто вздохнула и ощутила, что по щеке катится слеза.

— Ты… ты даже не с-сказал мне почему. Ты…

Рыдание вырвалось из горла, и она отвернулась.

— Послушай, Кэтрин, — В его голосе звучали пустота и потерянность. Он говорил так, словно прощался навеки. — Только выслушай меня. Любви недостаточно. Поверь мне. Моя мать любила и до сих пор любит отца. Но этого недостаточно. Ты даже не знаешь, что это такое. И не можешь знать. И я не хочу, чтобы ты знала. Я и сам не хотел бы этого знать. Жить с этим, день за днем, час за часом, каждую минуту без конца. Это кошмар.

— Но…

— Нет, милая, не прерывай меня. Мать делает вид, что все в прошлом. Говорит, что все давно кончено и позабыто. Но я слышал, как она с криком просыпается по ночам. Господи, и как часто! И я вижу, как отец делает вид, будто жизнь идет нормально, словно все в порядке. Но это постоянно убивает его. Он притворяется, живет, как довольный жизнью богач, но это его убивает.

— Что? Что это, Джеральд?

Он нажал на тормоз, и машина, подпрыгнув, резко остановилась. Кэтрин ахнула и испуганно посмотрела на него. Она задержала дыхание, когда его рука дотронулась до нее, холодная и дрожащая.

— Ладно, — сказал он. — Я покажу тебе. Так будет правильно. Когда ты узнаешь, ты сможешь решить сама. Не будет никаких тайн. Тогда ты поймешь, в какой ловушке окажешься, если выйдешь за меня.

— В ловушке, Джеральд? — спросила она несчастным голосом.

— Именно, в ловушке, — подтвердил он, снова заводя мотор.

Он развернул машину и поехал назад.

— Это все наши… деньги, — сказал он.

— Ваши…

— Наши деньги. О, я знаю, что ты скажешь. Я слышал это множество раз. Это не вина моего отца, и не моя, мы не отвечаем за наших предков. Грехи отцов и все такое. Так вот, все это ложь. Ложь.

Он не сводил глаз с дороги, нога жала на педаль газа.

— Но, дорогой, что ты…

— Подожди же! — почти закричал он. Затем заставил себя успокоиться.

— Прости, — сказал он. — Просто подожди немного. Прошу тебя, Кэтрин.

Машина выехала на подъездную дорожку и остановилась перед домом.

— Не хлопай дверцей, — сказал Джеральд.

— Может, мне лучше не ходить?

Она дрожала, когда он в темноте взад ее за руку.

— Кэтрин, либо так, либо никак. Если ты не пойдешь сейчас, другого раза не будет. Я отвезу тебя домой, и мы больше никогда не увидимся.

— Хорошо, — решилась она. — Тогда я иду.

Она закрыла дверцу машины как можно тише.