Книга Рассказы, страница 369 – Ричард Мэтисон

Больница. По коридору мечется отец, глаза дикие, вид затравленный. В коридоре жарко и тихо, раннее августовское утро. Он без устали мечется взад-вперед, руки сжаты в побелевшие кулаки.

Дверь открывается. Выходит врач, отец тут же подбегает кнему. Врач снимает с липа марлевую повязку. Смотрит на мужчину.

— С твоей женой все в порядке, — говорит доктор.

Отец хватает его за руку.

— А ребенок? — спрашивает он.

— Ребенок мертв.

— Слава богу! — выдыхает отец.

Не в силах отделаться от мысли, что где-нибудь в Африке, в Азии…

Перевод: Елена Королева

Потом он сказал ей, что они не могут пожениться в четверг, потому что в этот день Дьявол женился на собственной мамаше.

Они были на коктейльной вечеринке, и она решила, что неправильно расслышала: в комнате было шумно, а она была немного выше ростом.

— Что ты сказал, дорогой? — переспросила она, наклоняясь.

Он повторил, самым серьезным и искренним тоном. Она выпрямилась и улыбнулась.

— Милый, ты шутишь, — сказала она, делая изрядный глоток «манхэттена».

Позже, когда они ехали домой, она снова заговорила о дате свадьбы.

Он сказал, что дату нужно изменить, любой день подходит, кроме четверга.

— Я тебя не понимаю, дорогой. — Она положила голову на его покатое плечо.

— Любой день подходит, кроме четверга, — повторил он.

Она подняла голову, веселость покинула ее.

— Ну ладно, милый. Пошутил, и хватит.

— А кто шутит? — поинтересовался он.

Она внимательно посмотрела на него.

— Дорогой, ты с ума сошел?

— Нет.

— Но… ты хочешь перенести день свадьбы, потому что… — Она не могла поверить. Потом разразилась смехом и ущипнула его за руку. — Ну ты и шутник, Фрэнк. На минуту я даже купилась.

Его маленькие губы изогнулись раздраженной дугой.

— Дорогая моя, я не женюсь на тебе в четверг.

Она разинула рот. Заморгала.

— Господи, так ты серьезно.

— Совершенно серьезно, — подтвердил он.

— Да, но… — Она закусила нижнюю губу. — Ты просто сошел с ума… Мы же…

— Послушай, ну какая разница? Почему нельзя перенести на другой день?

— Но ты ведь ничего не сказал, когда мы выбирали день, — заспорила она.

— Я не сообразил тогда, что это будет четверг.

Она старалась понять. Она подумала, что у него могут быть скрытые мотивы. Заскок. Застарелый бзик. Что-то важное.

— Но мы же уже назначили дату, — слабо возразила она.

— Я прошу прощения. — Он был непоколебим. — Но четверг не годится.

Она смотрела на него с тревогой.

— Давай во всем разберемся, Фрэнк. Ты не хочешь жениться на мне в этот четверг?

— Вообще ни в какой четверг.

— Ладно, я лишь пытаюсь понять, милый. Но чтоб мне лопнуть, если я что-то понимаю!

Он промолчал.

Она повысила голос.

— Ты ведешь себя как ребенок!

— Нет, ничего подобного!

Она отвернулась, уставившись в окно.

— А какое твое объяснение? — Она понизила голос, подстраиваясь под его тон. — Я не женюсь в четверг, потому что… потому что в четверг Дьявол женился на своей бабушке или на ком там еще.

— Своей матери, — поправил он.

Она бросила на него раздраженный взгляд и сжала руки в кулаки.

— Выбери другой день, и забудем об этом, — предложил он.

— Ну конечно. Конечно. Забудем. Забыть о том, что мой жених боится разозлить Дьявола тем, что женится на мне в четверг. Как такое не забыть!