Книга Рассказы, страница 3 – Ричард Мэтисон

Что заставляет их просачиваться из их неведомых нор? Почему они постоянно ищут способ уничтожить машины, оставляя кислотные язвы своей проедающей металл слюны, от которой зубцы шестеренок опадают, словно лепестки мертвых цветов? В чем их цель? Неужели они хотят разрушить город? Править его обитателями? Или же истребить их? Нехорошие вопросы, вопросы без ответов.

Что ж, подумал ты, въезжая на стоянку генерального штаба, вам повезло, что растонам до сих пор удалось добраться только до немногих внешних машин, не тронув, по счастью, ваших.

Просто они пока не лучше тебя знают, где помещается Главная Машина, этот сакральный первоисточник энергии, движитель всех остальных механизмов.

Ты скользнул своими военными штанами по сиденью автокара и выпрыгнул на широкую площадку. Твои черные ботинки поскрипывали, пока ты бежал к входу. Другие офицеры тоже выскакивали из автокаров, бежали через стоянку. Никто из них ничего не говорил, все смотрели угрюмо. Некоторые из офицеров вежливо кивали тебе, пока все вы стояли в поднимающемся лифте. Дело скверно, думал ты.

Лифт резко остановился, отчего ты испытал характерное ощущение в паху, и двери, издав гидравлический всхлип, распахнулись. Ты вышел и молча зашагал по коридору в высокий сводчатый зал для совещаний.

Зал был уже почти полон. Молодые люди, все с одинаково красивыми лицами и могучей мускулатурой, стояли группами, негромко обсуждая нападение растонов. Серые звуконепроницаемые стены всасывали в себя их замечания, выдавая в ответ спертый воздух.

Когда ты вошел, все подняли на тебя глаза и покивали, после чего вернулись к своим разговорам. Джастин Рэкли, капитан, — это ты — сел в переднем ряду.

Потом поднял голову. Дверь в Высший эшелон приоткрылась. Размашистыми шагами вышел генерал, сжимающий широкой ладонью стопку бумаг. Его лицо тоже было угрюмо.

Он взошел на трибуну и шлепнул бумагами по стоявшему там столу с толстой столешницей. После чего подошел к краю стола и принялся лягать ботинком одну из ножек, пока все его сослуживцы не разошлись и не заняли поспешно свои места. Когда тишина расползлась по залу, он поджал губы и хлопнул ладонью по поверхности стола.

— Господа, — произнес он голосом, который будто исходил из древней гробницы, — городу снова угрожает серьезная опасность.

После чего он сделал паузу и посмотрел так, словно способен разобраться с любой угрозой. Ты надеешься, что в один прекрасный день тоже сможешь стать генералом и смотреть так, словно способен разобраться с любой угрозой. Нет ничего, что помешало бы этому, думал ты.

— Я не стану даром растрачивать драгоценное время, — продолжал генерал, растрачивая драгоценное время. — Все вы знаете свои позиции, все вы знаете свои обязанности. После того как совещание закончится, вы отправитесь в арсенал и возьмете свое лучевое оружие. Ни на минуту не забывайте, что растонам нельзя позволить прорваться к машинному оборудованию, их нельзя оставлять в живых. Стреляйте на поражение. Лучи не опасны, повторяю, не опасны для механизмов.

Он окинул взглядом твоих напряженно слушающих сослуживцев.

— Вы также знаете, — сказал он, — об опасности отравления, исходящей от растонов. Поскольку малейшее прикосновение их жал может привести к крайне болезненной агонии и смерти, к каждому из вас будет прикреплена, как вам тоже известно, сестра милосердия, специализирующаяся на соматических отравлениях. Так что после арсенала вы отправитесь в Превентивный отдел.