Книга Боевая целительница в Академии. Книга 3, страница 32 – Виктория Рэд Харт

Откуда-то взялись силы. Усталость отступила, уступая место сосредоточенной решимости. Все активно принялись разбирать завал, передавая камни из прохода дальше, чтобы освободить пространство. Ладони горели, спины ныли, но никто не останавливался.

Когда проход стал достаточно широким, они попали внутрь.

Но разочарование пришло почти сразу.

Проход оказался крошечным – буквально три шага в длину. Он был заперт с двух сторон глухими стенами, и аелит на них мерцал слабым, едва живым светом. Кристаллы мелкие, словно вросшие в камень, не давали той силы, которую они ожидали.

Они провели в этом проходе больше двух часов. Кто-то откалывал кристаллы, кто-то собирал крошку, кто-то просто стоял и смотрел, пытаясь понять, стоило ли это того. В итоге удалось собрать всего три небольших кристалла – не больше ногтя, и много аелитовой крошки, которая осыпалась под пальцами, как песок.

Рина закатила глаза, когда увидела, что Эльза собирает крошку в мешочек.

— Это бессмысленно, – бросила она. – Аелит – драгоценный камень, а не песок. Что ты с ним сделаешь?

Эльза не ответила и просто продолжала собирать, аккуратно, как будто каждая крупица имела значение.

Румус смотрел на нее молча и прекрасно понимал, что она делает. Он знал, что крошка может быть использована не хуже целого кристалла, если знать, как с ней работать. И он молчал, позволяя ей делать то, что Эльза считала нужным.

Ночь. Костер. Откровение

Когда стало ясно, что больше никто не может держать инструменты, они решили выйти на свежий воздух.

И когда они выбрались из лабиринта, оказалось, что ночь уже полностью вступила в свои права. Небо усыпали мириады мерцающих звёзд, а над горизонтом висела красная луна – большая, тяжелая, как капля застывшей крови. Она заливала скалы тусклым багровым светом, делая тени длинными и резкими.

Лететь обратно в деревню не хотелось. Может быть, потому что страшно было оставлять открытый аелитовый проход без присмотра. Может быть, потому что ночью видимость хуже, а люди деревни могли устроить еще одну темную. А может быть, потому что все безумно устали.

Они разожгли костер. Пламя поднялось высоко, разгоняя темноту и бросая тени на усталые лица. Дерек распределил дежурства – первым назначил Эльзу. Остальные рухнули на землю, закутались в плащи и почти мгновенно провалились в глубокий сон.

Эльза сидела у костра, глядя в огонь. Вокруг только ветер гулял по скалам, и где-то вдалеке кричала ночная птица.

Дерек не спал, подошел к ней, опустился на камень рядом и долго молчал, глядя на пламя. Потом тихо заговорил, не глядя на нее:

— Без тебя я бы не справился. Ты моя путеводная звезда. Самая яркая. Единственная, – он шептал ей это и смотрел на звёзды.

Эльза смотрела туда же. Ночь была тихой, тело уставшим, но от этого его слова даже больше грели душу, дотягиваясь до самых сокровенных струн.

Дерек повернулся к ней, и в его глазах отражался огонь.

— Я знаю, что я не идеален. Я знаю, что я много раз делал не так. Но я хочу быть лучше. Ради тебя.

Эльза молчала, глядя в огонь, чувствовала взгляд на своем лице, дыхание рядом. И внутри нее что-то дрогнуло. Но она не знала, что ответить. Не знала, что хочет сказать. И тишина между ними смущала больше, чем слова.

Утро было тяжелым для всех, включая Дерека и Эльзу.