Книга Отпуск за свой счет, или Очумелое хозяйство попаданки, страница 61 – Дарина Ромм

Всем деткам было лет по шесть-восемь на человеческий взгляд. Но Лида могла и ошибаться, потому что две девочки были крепенькими орчаночками, а три мальчика – крошечными гномами. Еще ее взгляд выцепил из радостно вопящей массы долговязого эльфийского паренька и несколько человеческих деток.

— А ну-ка, стоять и молчать! – гаркнул Планий, перекрывая детский гвалт.

Малышня послушно замерла, тараща на короля восторженные глазенки. А орк продолжил уже более добродушно:

— Слушаем своего короля! Сейчас вы будете оценивать торты, тортики и тортички, которые испекли наши кулинары. По очереди подходите к каждому столу, смотрите и пробуете. Выбирайте самый красивый и самый вкусный, понятно?

— Конечно! – заверещала детвора, и начался новый этап броуновского движения.

Дети рассыпались по залу, бегая от стола к столу. Пробовать пока никто не решался, все только рассматривали и задавали вопросы конкурсантам, громко сообщая свое экспертное мнение товарищам.

Лида только успевала вертеть головой, пытаясь уследить за происходящим.

В какой-то момент до их с Маргузином столика добежала одна девочка-орчанка. Замерла, рассматривая украшенный орехами «тортичек». Потом перешла к грушевому рикотнику, скептически покачала головой, сморщила зеленый носишко. Фыркнула не очень одобрительно, перешла к Киевскому, да так и застыла.

— Это Киевский торт, очень вкусный, – попыталась наладить коммуникацию Лида. Но девочка вдруг повернулась к залу и завопила:

— Наташа, Наташа! Смотри, тут торт с лягушкой! С нашей Мусей!Через мгновение возле стола оказалась вторая девочка-орчанка, та самая Наташа. Сблизив головы, девчонки рассматривали жабоподобный розан и обсуждали, насколько сильно «это» похоже на их любимую домашнюю жабу по имени Мальвина, для своих – Муся.

Вскоре к ним присоединились друзья, и обсуждение вышло на новый виток. Кто-то заявил, что похоже на Мусю, но не сильно. Кто-то возразил, что наоборот, ее копия. Эльф нежным голосом пропел, что «это» больше похоже на его ручную лягушку Линди, Наташа возразила…

Начался дикий гвалт, который был прекращен… Маргузином.

— Не желают ли детки попробовать торт, на котором живет такая чудесная Муся? – спросил он вкрадчиво и с разрешения распорядителя ловко порезал половину Киевского на маленькие кусочки. Часть с «Мусей» он мудро оставил нетронутой.

Через минуту все юные члены жюри лопали воздушные ореховые коржи с нежной кремовой пропиткой. Делились впечатлениями и просили добавки. Под шумок Маргузин скормил им и половину рикотника, а следом и ореховый пирог.

— Это нечестно! – донесся с какого-то стола возмущенный голос. – Так до наших творений они не дойдут!

— Действительно, все должно быть по справедливости, – согласился с ним Планий, с умилением наблюдавший за детворой.

Скомандовал: – Дети, переходим дальше – вон сколько вкуснятины вам еще пробовать.

Малышню увели к другим столам, а к нашему начали подходить взрослые члены жюри. Пробовали, задавали вопросы, что-то записывали в свои блокнотики и шли дальше. Через пятнадцать минут от торта, тортика и тортичека Лиды и Маргузина остался один-единственный кусок. Тот самый, на котором была «лягушка Муся» – его шикша предусмотрительно отставил в сторонку…

Прошло еще минут сорок, в течение которых судейская коллегия дегустировала, затем что-то обсуждала, считала и спорила. Детям задавали какие-то вопросы и записывали их ответы.Лида уже вся извелась от нетерпения и волнения. Еще от беспокойства, потому что Гамлет так и не появился.«Где же он может быть?!» – мысленно заламывала она руки.