Книга Зло выходит замуж, или Мама для исчадий ада, страница 99 – Елена Амеличева

Нет уж, гадины, я так просто не сдамся, и не мечтайте!

Присборила подол пальцами и в одно движение, как кошка, взлетела на подоконник.

— Что ты творишь?! — взревел принц, рванув ко мне.

— Облегчаю вам задачу, — ответила с усмешкой, развернувшись к ним лицом. — Зачем отвлекать палача? Я уж лучше сама!

— Мама! — капризно протянул Саймон, глядя на родительницу будто дите, у которого отнимают игрушку.

— Да и черт с ней, — та махнула рукой равнодушно. — Скажем, выпала из окна при попытке сбежать, когда стража пыталась ее поймать. Так даже лучше, не придется после пыток язык вырывать, чтобы на казни не прокричала лишнего.

— Прыгай, крошка, — глаза Хейли жадно полыхнули. — Риар тоже недолго задержится в этом мире. Встретитесь после Гонок на ящерах в честь вступления на престол Саймона — через пару дней!

— Какая же ты … — я не стала подбирать выражения. — И вы тоже, …, — припечатала и императрицу. — Все вы …! Проклинаю своей смертью — не зря же я ведьма! И обещаю — скоро все вы поцелуете плаху, встав на колени перед палачом!

Ух, отвела душу! Давно хотела все высказать!

А теперь пора.

Покосилась за плечо. Раскинула руки и отправилась в полет.

Но умирать я не собиралась. Еще чего!

* * *

Риардан

Кап. Кап. Кап. С потолка падали водные шарики, будто сама судьба плакала по мне. Но я больше переживал из-за Фабианы. Прокручивал в голове последние мгновения, когда не мог наглядеться на нее — теперь уже мою юную женушку. Столько боли было в ее красивых глазах! А виноват я. Попался в ловушку Сиардаров. Считал себя матерым волком, а угодил в капкан, как тупой кролик. Не повезло супруге с мужем…

Я лежал на узкой жесткой лежанке и смотрел на потолок. На нем собирались новые капли. Вся темница была построена из особого камня. Он набирал влагу из подземных вод и сочился ею не переставая, заливая бедных узников. Потому и прозвали эту тюрьму Плачущей. Плачущей по тем, кого сырость и холод быстро сводила в могилу.

Между набухающих капель бегал крупный паук. Поджимая лапки, весь уже мокрый, как и я, он пытался найти сухое место, но безуспешно. Шарики вредной влаги стекались друг к другу, подталкивая его то в бок, то под задницу, будто укоряя, что сидит тут, мешает им заниматься важным делом. Он отдергивал лапки, сжимался в комок, потом перебегал в другое место, но вода настигала везде, не давая покоя.

Устав бороться, паук вместе с очередной тяжелой каплей упал на мой живот. Сверху по «гостю» ударил новый водяной шарик.

— Что, удары судьбы сыплются один за другим? — спросил я его. — Знакомо. У меня тоже самое.

Паучок не убегал. То ли сил у него уже не осталось. То ли после удара капли решил смириться и не бороться с коварным миром.

— Ну, это ты брось, — мне стало жалко его. — Сражаться надо всегда, до последнего. Сделай все, что можешь, чтобы выжить. А потом еще столько же. И еще.

Я накрыл его ладонью. Теперь капли разбивались об нее, не доставая до паука в спасительном домике. По запястью вилась брачная алая вязь. Теперь Фабиана моя навсегда. Так решило Первородное пламя. Я задолжал любимой брачную ночь — лучшую в ее жизни. Что ж, де Дарки не ходят в должниках!

Вскоре мой питомец обсох, пришел в себя и начал прихорашиваться. Оказалось, что он вовсе не черный, а серебристый, пушистый и совсем не страшный зверь. Я усмехнулся, подумав, что моим мальчишкам такой звереныш бы непременно понравился. Они бы нашли, из чего соорудить ему жилище, а потом принялись бы ловить мух для нового любимчика — под предводительством Фабианы, разумеется. Удав бы слез с люстры, облегченно выдохнул — если это вообще возможно для змея, и отправился бы гулять по саду.