Книга Бесприданница. Искра Князя, страница 135 – Марина Эльденберт

На самом деле, я бы не стала об этом говорить, если бы не все происходящее: первое правило женского клуба — все, что происходит в женском клубе, там и остается. Ну, по крайней мере, когда речь заходила о моем женском клубе. Но мои мысли об Антонии и в целом странность происходящего однозначно говорили о том, что любой факт может оказаться очень и очень значимым.

— Такое возможно, — произнес Риаран, но не очень уверенно. — Потому что ты моя первая Искра.

— В этой истории слишком много всего неясного, ты не находишь? И странного. Например, я стала драконицей, хотя не должна была, у вас с Эстель полное равнодушие друг к другу, искра Антонии, которая в ней сбоила, разгорелась, когда я уехала в Герменерр.

— Что ты хочешь сказать, Аня?

— Я хочу сказать, что, возможно, Антония кому-то мешала во дворце не потому, что она была твоей Искрой. И, когда не получилось ее убрать, заглушая в ней развитие твоего пламени — ты все еще пробовал варианты и не хотел от нее отказываться, ее решили убрать иначе. Потому что она знала чью-то тайну, чью-то очень опасную тайну. Напомни, когда искра Антонии начала сбоить?

Риаран нахмурился:

— Через пару лет после того, как ее привезли в мой замок.

Хм. Хм-м-м… если я правильно помню, тогда Антония находилась на воспитании у княгини.

И снова наделенная властью женщина… и снова что-то темное.

Ага. Угу. Хорошо.

Точнее, не очень. Потому что одно дело — просить о расследовании, другое — сказать Риарану: «Давай допросим твою мать».

Нет, здесь нужны очень и очень весомые доказательства причастности, и даже с ними будет нелегко. Потому что несмотря на то, что к Валенсии могли питать теплые чувства разве что змеи (исключительно из-за схожести характеров), для Риарана она была и останется той, кто дал ему жизнь. И это проблема. Большая проблема. В том числе и моя, потому что с тех пор, как я призналась Риарану и себе в любви к нему, это стало личным делом.

Мои чувства стали его чувствами, и наоборот.

И сейчас я как никогда хотела бы развидеть эту связь, спровоцированную предсказанием Ягура, и ошибиться. Впервые в жизни я не хотела оказаться правой, потому что если я права, это причинит боль моему любимому мужчине. Поэтому сейчас я отчаянно хотела, чтобы Валенсия оказалась просто стервозной избалованной властью свекровью с сомнительными принципами, но…

— Аня? О чем ты думаешь?

— О том, что все может оказаться гораздо сложнее, чем мы себе представляем.

— Что ты имеешь в виду?

Ответить я не успела, потому что в дверь постучали. Хотя, правильнее будет сказать, заколотили. Преодолев расстояние до нее в несколько широких шагов, князь яростно распахнул дверь.

— Вы что себе позволяете? — раздраженно прорычал Риаран, в ответ слуга забормотал быстро-быстро:

— Ваша светлость, это срочно. Вашу вторую Искру, Эстель ар Вирандар, отравили! Она умирает!

Не таким я представляла наше совместное утро. Не таким.

Мы в спешке переоделись и вместе с Риараном выбежали из спальни, бросились в сторону комнат Эстель.

Правда, добежать туда мы не успели: дворец буквально зашатался, стены и пол заходили ходуном, а с потолка даже посыпалась каменная крошка.

— Что это? — вскрикнула я, схватившись за руку Риарана.

Вопрос был риторическим, потому что я знала, что это, просто впервые оказалась так близко к эпицентру землетрясения. Судя по тому, как начало раскачивать окружающую реальность, здесь было не меньше шести баллов, а, возможно, даже больше.