Книга Танцовщица для небесного бога, страница 21 – Ната Лакомка

Но господин Шакра остановил распорядителя движением руки.

— Вон та, белая, — сказал он, кивая на Анджали.

— Подойди, — велел распорядитель праздника. — Царь богов зовет тебя.

Анджали робко приблизилась и поклонилась, коснувшись лбом основания ложа.

— Как твое имя? — спросил Шакра.

Анджали назвалась и только тогда осмелилась поднять глаза. Царь богов был совсем близко, она даже смогла рассмотреть родинку над правой бровью и ресницы — длинные и пушистые, как у Ревати. Вблизи он показался девушке еще красивее. Он глядел на нее с улыбкой и чуть мечтательно, как будто видел то, чего она сама о себе не понимала.

— Ты ведь еще ученица?

— Мой арангетрам[1] будет через три года, — ответила Анджали.

— Три года — это недолго, — заверил ее Шакра. — Ты не заметишь, как они пролетят. И тогда я смогу насладиться твоим танцем в полной мере.

— Почту за честь танцевать для вас, господин, — ответила девушка заученной фразой.

— Она необычна, — повторил он слова дайвики Шьяма-Мукхи, указывая на нее Каме и Читрасене. — Вот увидите, она далеко пойдет.

Младшие боги услужливо закивали.

— Я тоже обратил на нее внимание, как только она ступила на сцену, — важно заявил господин Кама. — В ней чувствуется сила, в каждом движении. Это очень, очень важно для танцовщицы.

— Да, сила! — засмеялся Шакра. — Если бы я не боялся преступить закон, я бы сейчас пощупал ее мускулы. Под этой гладкой кожей они так и играют, хотя сейчас совсем не заметны. Потрясающее единение формы и содержания, вы не находите?

И младшие боги снова закивали, показывая, что во всем согласны.

Анджали не понимала и половины их слов, слишком уж они были для нее мудрены, но взгляд Шакры согревал, манил, не отпускал, и она смотрела на него, чувствуя себя так, словно уже попала в Брахмалоку — священный город праведников, освободившись от перерождений и обретя вечную свободу.

Но тут взгляд царя богов скользнул поверх головы Анджали, и глаза его расширились, а губы приоткрылись, как у ребенка, заметившего сладости. Анджали ревниво оглянулась, чтобы увидеть, что привлекло его внимание. На сцену вышла дайвики Шьяма-Мукхи, изображавшая царицу змей. Ее темное полуобнаженное тело с острыми высокими грудями извивалось под музыку с гибкостью, достойной настоящей змеи. И эта змея бросала в царя богов взоры манящие, долгие и жаркие, как самая жаркая ночь.

Анджали схватили за плечи и оттащили, чтобы не мешала господину Шакре любоваться представлением.

Она не сопротивлялась, потому что в сопротивлении не было смысла. Одним своим появлением «черная и прекрасная» заставила царя богов забыть об Анджали и всех остальных апсарах вместе взятых. Глядя из-за колонны на танец Шьяма-Мукхи, девушка чувствовала себя униженной. Дайвики унизила ее своей красотой, своим искусством. Невольно Анджали начала повторять ее движения. Неужели, в этом сила над мужчинами? Даже божественными? В движениях? Или во взглядах?

— Перенимаешь знания? Ты умница, — похвалила ее наставница Сахаджанья, появившись из темноты, как ночная бабочка. — Но нам пора. Джавохири уже ждет в вимане.

— Наставница! Еще немного! — взмолилась Анджали, но та покачала головой.

— Тебе не место на празднике богов, — сказала она тихо, но непреклонно. — Пока не место. Не беспокойся, тебе еще надоест и эта сцена, и эта жизнь. Пошли!