Книга Путь пиона. Двадцать дней цветения, страница 21 – Ната Лакомка

— Посмели бы, — буркнул И Чэнь и сказал возмущённо: — Как я могу отправить тебя в лес с чужими мужчинами?! Ты — девушка из благородной семьи. Пойдут слухи…

— Благородные люди должны быть выше слухов, — перебила я его.

Он замолчал, но нахмурился и покачал головой, показывая, что уступать не намерен.

— Тогда охраняй меня сам, — пожала я плечами. — Твоё желание поспать подольше — понятно, но не разумно. Моё стремление встать на рассвете, чтобы собрать больше лекарственных трав — и понятно, и разумно. Чей бы поступок одобрил наш отец?

— Ты такая правильная, Шойо, — проворчал И Чэнь, — что иногда хочется дать тебе подзатыльник. Сам не пойду и стражу не пущу. И ты будешь сидеть дома!

— Не буду, — возразила я твёрдо. — Не могу позволить себе бездельничать, когда вокруг такие сокровища. Мой сегодняшний труд завтра спасёт чью-то жизнь. Помешаешь мне — и станешь убийцей в глазах небес.

— Говоришь, будто ты не женщина, а бродячий проповедник, — в сердцах сказал брат. — Неужели у тебя нет никакой жалости ко мне? Впервые у меня есть возможность отдохнуть…

— Отдыхай. А за травами я буду ходить одна.

— Чтобы отец оторвал мне голову, если с тобой что-то случиться?! Ну нет!

— Мы столько времени здесь, и ничего не случилось. Хищных зверей никто никогда не встречал, ядовитых змей — тоже. Ты сам говоришь, что демоны сюда не доберутся. А напасть на женщину, тем более дочь императора, никто не осмелится. Недаром нашу страну зовут Страной Благоденствия и Спокойствия.

Брата я не убедила, и ещё несколько дней он с обречённым видом ходил за мной по лесам и берегам озёр. Но потом объявил, что я могу бродить одна, где захочу, и запретил телохранителям покидать двор дома.

— Если с тобой что-то случится, Шойо, — сказал И Чэнь грозно, — то в этом не будет моей вины, а только твоя!

Он очень надеялся, что я передумаю, испугаюсь и буду сидеть дома, не осмеливаясь уйти в лес одна.

Но тут И Чэнь очень ошибался.

На следующий же день я отправилась в лес на рассвете, пока брат сладко спал.

Телохранители не посмели меня остановить и не посмели следовать за мной, чтобы не нарушить приказ И Чэня.

Я вот я уже шла по знакомой тропинке, чтобы выйти на знакомую поляну, где росла трава фан-фэн. Это растение, как известно, побеждает болезни ветра в человеческом организме. Оно успокаивает желудок, очищает, тонизирует, помогает победить пищевой яд. У этого растения нежно-фиолетовые цветы, похожие на маленькие тигриные пасти — нажми на цветок, и он зевнёт, показав белый язычок-тычинку.

В этот день никто не стоял за моей спиной, никто не торопил, выказывая нетерпение, и я не спеша собирала травы, наполняя корзинку, и поднималась всё выше по склону, куда моему брату обычно было лень идти.

Лес внезапно расступился, и я увидела окрестности как будто на раскрытой ладони.

Была видна далёкая деревня на берегу озера, и крыша моего нынешнего жилища, и безбрежное зелёное море из крон деревьев. По листьям пробегал ветер, и зелёное море колыхалось волнами, как настоящее.

Мне вдруг показалось, что я уже видела всё это — зелёное море, озеро, деревушку на берегу. Видела эту безмятежность, чувствовала это спокойствие.

Я села на камень, давая отдых ногам и любуясь великолепным видом. И мне опять показалось, что когда-то давно я точно так же сидела на камне, отдыхая после долгого пути.