Книга Второй шанс для сгоревшего феникса. Том 1, страница 71 – Мстислава Черная, Ива Лебедева

Мы прошли через зеркальную галерею и оказались в главном зале, в это время пустующем и сумрачном. Никого не было, не считая младшего жреца с метлой в руках. Он лениво водил по ковру справа налево и нашим появлением не заинтересовался.

— Что дальше, леди? — Ялис отошел к тумбе у входа, на которой был оставлен поднос, бросил на него несколько монет и забрал желтую свечу в крошеве толченых бело-розовых лепестков. — Хотите помолиться?

— Сам молись, — цыкнула я.

Ялис дернулся. Я успела подумать, что моя шутка сработала как приказ, но меня отвлек младший жрец, вынырнувший откуда-то из служебных помещений.

— Леди, чем я могу вам помочь?

— Я пришла увидеть Райлину Датти.

— Сожалею, леди, но имя Райлины Датти сгорело. Та, кого вы называете Райлиной, больше не носит это имя, и она вас не увидит.

— А так? — спросила я и позволила огню вспыхнуть в моих глазах.

Младший жрец вздрогнул, но, вместо того чтобы отшатнуться, качнулся ко мне.

— Феникс. Давненько здесь таких не было. Сначала вам следует поговорить с отцом настоятелем храма. Возможно, он разрешит новому воплощению побеседовать с вами.

Жрец кивнул в сторону, где за центральным алтарем пряталась небольшая дверка. Я спокойно направилась к ней, и вдруг за спиной злобно зашипели.

Оказывается, служитель пропустил меня и вскинул руку, останавливая Ялиса, дернувшегося было следом:

— Вам придется подождать здесь, господин.

Угу, то-то кошак расшипелся.

— Одна она никуда не пойдет! — И стоит аж светится весь от злости. Можно подумать, это не он у меня под клятвой, а я принадлежу ему с потрохами.

— Господин! — попытался урезонить его жрец.

Ялис чуть ли не в боевую стойку встал, чтобы прорваться вопреки логике и здравому смыслу. Пока не начался скандал, я поспешила вмешаться. И нет, я не стала приказывать Ялису остаться, наоборот, обратилась к жрецу:

— Возможно, настоятель захочет поговорить не только со мной. — Что, кстати, правда. Ялис ведь оказался обладателем зеркального дара.

— Если настоятель скажет господину уйти…

— …то господин проявит здравомыслие, попытается, — пожала я плечами.

Со жреца мигом слетел налет напускной важности, он тихо усмехнулся и повел нас вдвоем. Во внутреннем коридоре храма пришлось немного подождать, пока настоятелю доложат о нас, а затем нас пригласили в приятную гостиную, уютную, заполненную плюшем и милыми безделушками. Можно было бы подумать, что мы оказались в гостях у какого-нибудь состоятельного горожанина. О том, что мы в храме, напоминали горящие свечи.

Настоятель, высокий, сухопарый и неожиданно моложавый — на мой взгляд, ему едва ли было больше тридцати, — отдыхал в кресле, пил ароматный чай, перелистывал страницы явно религиозной книги, а свободной рукой щелкал янтарными четками.

Поднявшись нам навстречу, он тем не менее проигнорировал Ялиса и обратился ко мне:

— Огненная леди, неужели вы прислушались к словам моего брата? Вы согласились отбросить мирскую суету, чтобы воссиять под крылом богини матери?

И этот туда же?

А «брат» он сказал в каком смысле, буквальном или духовном?

— Увы, отец настоятель, в этом мире не все мои дела сгорели. — Мне самой было странно, откуда в моей голове всплыла эта фраза, так похожая на какой-то ритуальный ответ.

Но что интересно, она словно разом сняла все вопросы. Во всяком случае, настоятель больше даже не пытался меня уговаривать или, не дай богиня, давить.