Книга Хозяйка графских развалин, страница 53 – Мстислава Черная

Гарет держится справа от меня, приноравливаясь к удобному мне темпу. Я стараюсь идти быстро, почти бегу. Мы сворачиваем в узкий проход вдоль обвалившейся стены. Над головой вновь кричит чайка, слышно море, но сегодня оно тише.

Мы минуем храм и выходим к руинам.

— А-апчихи! — вырывается у меня.

Обязательно зайдём в аптеку…

Надо бы и ломбард посетить, сдать антиквариат, но… впопыхах я забыла прихватить хоть что-то. Обидно.

Когда мы подходим к арке, переход оказывается уже открыт. По ту сторону горят живые факелы, стоит Медведь и держит под руку рыжуху. Даже с нашей стороны видно, насколько он не доволен опозданием.

А на Гарете путы всё ещё держатся…

Терять одеяло у Медведя, как потеряла плащ у демоницы я не собираюсь. Сбросив его, я во всей полноте ощущаю пронизывающий холод и с гордо поднятой головой шагаю в переход. Берлога встречает меня душным теплом. Только стопы замёрзли настолько, что ничего не чувствуют.

Гарет не отстаёт и проходит за мной. Я лишь краем глаза отслеживаю его движение, всё моё внимание приковано к Медведю и рыжухе.

Он стоит откровенно довольный, хоть и посматривает с гневным прищуром.

Рыжуха… спокойна. То есть, ей удалось убедить Медведя отказать мне в приданом? Делать выводы рано, но есть о чём подумать.

Сбоку бьёт вспышка магии. Я зажмуриваюсь. Кажется, мелькнула и погасла молния? Когда я открываю глаза, руки Гарета свободны. Он смог!

— Что это было? — Медведь вроде бы не повышает голоса, но с его басом вопрос грохочет громом, от стен отлетает эхо.

— Что было, батюшка? — я делаю шаг навстречу и демонстративно подставляю лоб под поцелуй.

— Дочка, — Медведь отпускает рыжуху и сграбастывает меня в объятия.

Я в ответ лишь приобнимаю.

У меня нет к Медведю положительных чувств. Возможно… он неплох. Возможно, по-своему он любил дочь и желал ей лучше, но любил именно что по-своему, относился как к домашнему питомцу, существу милому сердцу, но не имеющего права голоса.

При всей моей антипатии Медведь может быть полезен, поэтому незачем устраивать скандальный разрыв.

— Уже зазналась и не здороваешься, — шипит рыжуха.

Вот в ней пользы я не вижу ни капли.

— Госпожа, вы до сих пор не поприветствовали его сиятельство, но упрекаете меня?

Муж аристократ, рыжуха принадлежит купеческому сословию. Кто кому кланяется очевидно и от брачного союза не зависит.

— Дорогой зять! — Медведь отпускает меня и распахивает объятия для графа.

Гарет мирится с неизбежным костоломством. Медведь то ли по простоте, то ли нарочно из желания показать себя и свою силищу, стискивает Гарета от души. Только вот и для Медведя, и для меня оказывается сюрпризом, что внешне стройный подтянутый Гарет способен ответить взаимностью и стиснуть так, что у Медведя глаза выпучиваются.

— Дорогой тесть!

— Зять, — Медведь хлопает Гарета по спине будто просит отпустить.

Не оставаясь в долгу, Гарет тоже хлопает, и мужчины, наконец, расходятся.

— Приветствую вас, ваше сиятельство, — рыжуха приседает.

Кстати, кто она?

Явно, что не мать Даниэллы.

И не экономка. Для слуги, пусть и главной над другими слугами, рыжуха слишком вольно держится с Медведем. Родственница или вторая жена? Как вариант, просто любовница, хотя, если она действительно просто любовница, то у Медведя странные вкусы.