Книга Бесеняша в Академии Магии, страница 128 – Мстислава Черная

Квартиру мне оставила бабушка. Я переехала к ба, чтобы помогать, и первый год вместе оказался по-настоящему счастливым, мы очень сблизились, а потом… Потом под давлением возраста её разум слабел, бабушка начала видеть реальность будто в кривом зеркале. Нет, не стоит об этом. Мои драгоценные воспоминания о ба, как мы вместе пьём чай с гречишным мёдом, потому что она любила именно гречишный…

С тех пор соседи поменялись только в паре квартир, соответственно, в подъезде меня все знают. Знают, что я всегда забегала одна. И вдруг за мной ухаживает молодой человек, да ещё какой! В Лайсе внутренний стержень чувствуется с первого взгляда.

И тётя Фира, полное имя Глафира, из сто седьмой квартиры, главная сплетница подъезда, несмотря на солидный возраст, влёгкую освоившая современные технологии, без стеснения достаёт телефон, чтобы нас заснять. Спорить и скандалить бесполезно – проще словно невзначай взмахнуть в направлении камеры пальцами, отравить искорку магии, и камера “ослепнет” минут на пять, вместо снимков тётя Фира получит засвеченный брак, за что в очередной раз обзовёт меня ведьмой. И ведь будет права!

— Здравствуйте, – улыбаюсь я тёте Фире самой ослепительной улыбкой, и пока она остервенело жмёт на кнопку камеры, успеваю не только открыть дверь, но и подтолкнуть Лайса в подъезд.

Мы поднимаемся на площадку первого этажа, и я вызываю лифт. Двери сразу не открываются, раздаётся лёгкий гул – значит, кабина ползёт к нам откуда-то сверху, чуть ли не с последнего этажа.

Если Лайсу понравятся покатушки на лифте, пойдём в парк аттракционов. Я продумала лишь начало маршрута, а дальше просто прикинула варианты, чтобы выбирать по обстоятельствам и по реакции Лайса.

На лестнице быстрые шаги. Кто-то буквально скатывается по этажам, вприпрыжку опережая тихоходный лифт. И это может быть только один человек.

Неужто тётя Фира уже растрезвонила?

Янка девочка хорошая, но совершенно бесцеремонная. Я бы не стала терпеть вторжение в моё личное пространство, но именно Янка помогала мне ухаживать за ба в самый тяжёлый последний год. Помогала просто так, ничего не желая взамен. И именно у Янки на плече я ревела после похорон.

— Беся?! – радостно вопит она и буквально напрыгивает.

— Няша, – ворчливо поправляю я и придерживаю её за плечи. – Ты горную козу изображаешь?

— Ха! – Янка не обижается, козой её не пронять, и разворачивается к Лайсу.

Она совершенно не стесняясь буквально облизывает его взглядом с ног до головы, но разглядывает она с чистым восторгом без капли зависти. Когда я была ещё дошкольницей, с таким же глуповато-счастливым видом рассматривала в витрине фарфоровую принцессу. Кукла была очень красивой, смотреть одно удовольствие, но вот себе я её никогда не хотела. Как с такой хрупкой красотой играть?

Вот и Янка уставилась с восторгом, а Лайс непроизвольно чуть не шагнул назад, сдержался, но попытку я заметила.

— Это Яна, – представляю я. – Она хорошая, просто… прыгучая.

— Ой, Беська, кто их нас прыгучий! – отмахивается она.

— Беся? – переспрашивает Лайс.

И Яна радостно вываливает:

— Ирке её имя не нравилось, и мы решили, что у неё будет прозвище. Мы тогда анимешками увлекались. Ирка захотела быть Няшей, а я сказала, что ей совершенно не подходит и предложила быть Бесей. Так и получилось.