Онлайн книга «Невеста для босса»
|
— Что случилось? – начала спрашивать я, приподнимаясь на локтях. Но не договорила, растерянно наблюдая, как по белоснежной рубашке Руслана расползается ярко-красное пятно. Это что, кровь? Откуда… Между тем вокруг стали собираться люди, до моего слуха донеслось: «Стреляли…», «Убили…» И вот тогда-то я все поняла. Обхватила Руслана обеими руками. И закричала истошно, срывая голос. Все дальнейшее было как в тумане: вой сирен полицейской машины и скорой помощи, какие-то люди, спешащие к нам. Усатый дядька что-то говорил, пытаясь разжать мои руки, рядом второй совал какую-то гадость в нос. Носилки. Для Руслана. Для моего Руслана. Он на носилках, бледный, как та рубашка, на которой расплывалось багровое пятно. В губах ни кровинки. Спасите его, пожалуйста, спасите… Я не могу без него, просто не выживу. Усатый отпихивает, нельзя, мол. Нет! Я с ним, я его не оставлю, только не сейчас. Руки липкие от крови, с локтя течет. Усатый увидел: «Вы ранены?» Да-да, я ранена. Господи, лишь бы в машину пустили. Сзади обрывки фраз, опросы свидетелей. «Вышел оттуда», «выстрелил», «убежал»… Полицейский что-то спрашивал у меня, я вырывалась. Потом, все потом. Какая, к черту, разница, кто стрелял. Главное, чтоб он выжил, и нет сейчас ничего важнее. Усатый говорил полицейскому: она ранена, потом допросите. Да-да, потом. Наконец я внутри, дверца захлопнулась, взвыла сирена, поехали. Дикая скорость, машину бросает из стороны в сторону, медики что-то делают с Русланом, пикают приборы. Я замерла в углу, боясь шевелиться. — Можем не довезти… Нет! Довезите, пожалуйста, довезите… Больница, бегом за каталкой. Скорее, миленькие, скорее. Полупрозрачная дверь захлопнулась, разрубив нас на части. И нет теперь нас. Есть он – там, за дверью, под слепящим светом, между жизнью и смертью – и я – в коридоре, сжалась в скулящий комок. Как, как такое могло случиться? В это невозможно было поверить. Ведь только что в офисе… «Я соскучился», и гладкая щека под губами, и кольцо сильных теплых рук. И синие-синие глаза, полные смеха: «Моя секретарша – бесстыдница, я ее уволю!» И моя ладонь в его руке… А теперь я тут, а он там. И ничего нельзя сделать, ни-чего. Господи, нет ничего страшнее бессилия и невозможности помочь… И я не знала, что будет дальше, и, кажется, никто не знал. Я спрашивала у врачей, хватая их за рукава белых халатов, но они отводили глаза и говорили: — Пока ничего нельзя сказать, мы делаем все, что можем… Секунды сливались в минуты, минуты в часы, долгие часы ожидания в больнице. Чудовищная неизвестность и одиночество. Страх и отчаяние – такие сильные, что невозможно даже заплакать, невозможно поверить и представить себе, что все это происходит со мной, с ним, с нами. И мысли, рвущие душу, бесконечные, безжалостные… Стреляли… Это было чем-то нереальным, киношным, такого просто не бывает в обычной жизни обычных людей. Нет, я, конечно, видела в сводках новостей сообщения о выстрелах, но оно было какое-то далекое, чужое. И не могло коснуться меня или моих близких. И все-таки коснулось… Мужчины, которого я люблю. Которого не могу потерять. Потому что нельзя оторвать полсердца и остаться в живых. Я не знаю, сколько прошло времени. Здесь оно текло как-то иначе – вопреки физическим законам. Знаю только, что на улице давно стемнело, и больничный коридор стал совсем пустынным. |