Книга Очень плохая гувернантка, страница 39 – Матильда Старр

Он говорил с горькой насмешкой, почти издевательски. Неужели и правда ждет, что после этого я начну ему что-то объяснять? Нет уж, лучше умереть!

Я молчала, почти не слушая его. Единственное, чего мне хотелось в тот момент, – чтобы все поскорее закончилось.

Кажется, лорд наконец понял, что ответа от меня не добьется. Он снова взмахнул статуэткой у меня перед лицом и повторил свой первый вопрос:

— Еще раз спрашиваю: тебе здесь нужно было только это?

Я с трудом разлепила пересохшие губы и сказала только одно слово:

— Да.

Других слов или объяснений у меня для него не было.

— Так забирай! – рявкнул он и вложил статуэтку мне в руки.

— Что?

Я не сразу поняла, что произошло. Это какая-то злая шутка? Его способ поглумиться надо мной прежде, чем учинить расправу?

— Ну же, чего ты ждешь? – раздраженно проговорил он. – Бери ее и убирайся из замка, сейчас же.

Но я не могла даже сдвинуться с места, слишком была ошарашена. Он вот просто так меня отпустит? Да нет же, не просто так, а с трофеем. Это что вообще такое?

Я сжимала артефакт в руках, не в силах ни пошевелиться, не проговорить ни слова.

— Вон! – рявкнул он так, что стекла окон задрожали. – Беги, пока я не передумал!

Способность двигаться тут же ко мне вернулась. И не просто двигаться, а бежать так, как не бежала никогда в жизни. Каких-то десять минут – и я уже была за воротами замка. Но даже там я не остановилась. Продолжала нестись вперед, не разбирая дороги, до тех пор, пока совершенно не выбилась из сил и не упала на холодную, влажную от утренней росы землю.

Я зарыдала – протяжно, громко всхлипывая, словно пытаясь вырвать боль из груди. Слёзы текли без остановки, заливая лицо. Всхлипы перешли в  крик – до хрипоты, до боли в горле, но ничего не помогало. И наконец я просто завыла, катаясь по земле будто раненый зверь, без сил и надежды. Земля была холодной и твердой, а боль, раздирающая грудь изнутри, – невыносимой. Всё смешалось – слёзы, грязь, отчаяние, и мир вокруг казался таким же сломанным, как и я.

* * *

Старик с лысеющей головой и водянистыми змеиными глазками сидел во главе стола. Тонкие губы кривились в недоброй усмешке, а длинные, костлявые пальцы нервно барабанили по столу. Прилизанные назад седые волосы блестели, как змеиная чешуя, усиливая неприятное сходство.

Свет в помещении был тусклым, и оттого оно выглядело грязным и неухоженным. А возможно, просто таким и было. Никто бы не сказал, что человек, сидящий во главе стола, баснословно богат. Он скорее был похож на нищего. Это мой куратор. Я пришла к нему, чтобы наконец покончить со всей истории. Статуэтка из слоновой кости стояла на столе.

— А ты талантливая девочка. Недооценил. Думал, ты просто свернешь себе шею.

Его дребезжащий голос неприятно ввинчивался в уши. Как гвоздем по стеклу. Обсуждать с ним свои таланты я не хотела.

— Мы все решили? Больше я вам ничего не должна? – спросила ровно и уверенно, но без дерзости в голосе. Когда общаешься с такими людьми, нужно понимать: излишняя дерзость, как и излишняя покладистость, могут все испортить. Так что приходится балансировать, словно на тонком лезвии бритвы, стараясь подобрать верный тон.

Мой тон был верным. В водянистых глазках промелькнуло сомнение. Понятное дело, теперь ему совсем не хотелось их отпускать.