Книга Доктор для цифрового хищника, страница 74 – Ксения Фави

— На родину ездили? — уточняет главврач. — Или ближе к зиме? Зима в Сибири красивая, хоть и лютая...

— У нас все — таки не Крайний Север, — усмехается Щербинский.

— Так что, поедете? Или вы не общаетесь с отцом?

Голубой взгляд главврача вперивается в Антона. Любопытство или что — то другое?

— Мы нормально общаемся с отцом, — сухо отвечает Щербинский.

— Простите, нам нужно отойти, — решаю прекратить эту беседу. — За приглашение спасибо… Я обещаю хорошо подумать.

— Дам своим эйчарам поручение, вам позвонят.

— Номер я дам, если ты не против? — встревает Кирилл.

— Конечно, — я киваю.

* * *

— Тебе не показалось странным, что главврач знает твоего отца? Да еще поинтересовался вашими отношениями?

Мы с Антоном отошли на приличное расстояние и можем говорить откровенно.

— Моего отца знают многие. Хотя ты права, этот вопрос вышел за рамки светской беседы.

— А какие у тебя на самом деле отношения с отцом? — зачем — то спрашиваю.

Мне интересно что — то узнавать об этом человеке.

— Из всех братьев я считаюсь его любимцем.… Но от этого мне порой только сложнее, — признается Щербинский.

— В смысле?

Мы отходим к стене и встаем, вроде бы лицом ко всем, но заняты исключительно друг другом. Я ловлю Антона за руку, переплетаю пальцы в инстинктивном жесте.

— У отца с моей мамой второй брак. Я первенец от их союза и меня зовут так же, как его — я Антон Антонович.

— Я в курсе, — улыбаюсь.

— Так вот, отец всегда возлагал на меня надежды. Он думал, что именно я встану во главе его компании.

— Но? — поднимаю брови.

— Мне это было неинтересно. Сначала с ним рядом постоянно находился Артур — это его самый первый сын от первого брака. Потом и он ушел в свободное плавание. Сейчас папе помогает Арсений, ему это нравится.

— А отцу? — поглаживаю большим пальцем тыльную сторону ладони Антона.

— Отец пытается во всем контролировать младших сыновей, и, по — моему, у него самого уже из — за этого проблемы.

— А тебя он тоже контролировал?

— Я умел отстаивать границы… Плюс мне настолько нравится то, чем я занимаюсь, что я физически не смог бы стать кем — то другим. К тому же я рано уехал из дома.

— И папа смирился?

— Не знаю, вроде бы, да. Но на самом деле он до сих пор не знает, что я здесь открываю компанию... Ну, вернее, не слышал это от меня.

— Да? — распахиваю глаза. — Может, стоит поговорить с ним?

— Поговорю, но лучше сделать это с глазу на глаз. В любом случае, он уже узнал обо всем не от меня и молчит. Антон Андреевич Щербинский вообще неразговорчив.

Я ласково поглаживаю руку Антона, и он вдруг перехватывает мои пальцы, притягивая меня к себе.

Он обнимает меня — сдержанно, помня, что мы на людях. Но я всем телом чувствую, как сильно ему сейчас необходимо это тепло. Эта близость после нашего откровенного разговора.

Антон тянется ко мне, и наши губы встречаются в коротком, но жадном поцелуе, от которого сладко замирает сердце.

Нехотя оторвавшись от него, я краем глаза замечаю Кирилла. Он наблюдает за нами издалека с откровенным любопытством.

А затем я поворачиваю голову и ловлю на себе еще один взгляд — пронизывающий холодом. У самого входа стоит Кэти.

Возможно, я преувеличиваю, но мне кажется, что она смотрит с плохо скрываемой ненавистью.

Я не акцентирую внимание, но когда мы покидаем центр через пару часов, то выясняется — Кэти уехала раньше и даже не попрощалась со своим закадычным другом. Мне этот поступок кажется показательным…