Книга Меньше слов, страница 71 – Слава Ленская

Вымотанная эмоциональными потрясениями, я прилегла на минутку и не заметила, как уснула. А уже поздно вечером, когда за окном сгущались сумерки, и девчонки, мотавшиеся где-то весь день, вернулись домой, меня разбудил звук входящего сообщения.

Стас

— Ну и о чем ты хотел поговорить? Только не надо мне высказывать насчет шалости Вики, — заявила Мила, уверенная, что я снова все проглочу, как это бывало раньше.

— А давай ты не будешь мне указывать, что говорить, а что нет. Может тогда поговорим о том, что твое присутствие плохо влияет на моего ребенка? — разозлившись, заявил я.

— Нашего ребенка, — поправила меня Мила.

— Знаешь, Милена, я поражаюсь твоей наглости. Жила несколько лет вдали от дочери и даже не вспоминала о ней. А теперь что-то вдруг проснулся у тебя материнский инстинкт, — заговорил я, намекая, что не такая уж она замечательная мать. — Ты понимаешь, что, если я захочу, потеряешь все права на дочь?

— Я мать! И ничто этого не отменит. Что бы ты ни делал, Вика всегда будет моей дочерью и всегда будет знать, кто ее мама. Уж это в моих силах. Поверь мне, — стала шипеть бывшая, отстаивая свои птичьи права.

— Я запрещаю тебе встречаться с Викой и звонить ей тоже, — тихо, но твердо произнес я. — Тебе пора. Я не намерен больше терпеть тебя в своем доме. Можешь спокойно возвращаться в свой Питер. Все, что могла, ты уже сделала.

— Ну уж нет. Точно не все, — фыркнула Мила и вылетела из квартиры.

Я был рад избавиться от этой бестии, но понимал, что так легко она меня в покое не оставит. Я слишком увлекся отношениями с Любой и отпустил тормоза, позволив ей проводить много времени наедине с Викой. Она промыла мозги маленькой девочке, которая мало что в этой жизни еще понимала. И мне придется приложить немало усилий, чтобы вернуть доверие дочери и наладить с ней отношения. Да так, чтобы она не считала, что я враг и запрещаю ей общаться с любимой мамой. Да уж, задачка!

— Вика, я думаю, что нам пора поговорить, — произнес, направляясь в детскую.

Девочка сидела на своей кровати, прижав колени к груди и обхватив их руками. Она, поджав губы, не отрывала глаз от экрана телевизора, который транслировал какие-то мультики. Дочка лишь раз бросила в мою сторону опасливый взгляд и снова отвернулась.

— Милая, ты уже большая девочка и должна понимать, как плохо поступила. Мне придется наказать тебя, — вздохнув, предупредил дочку.

— Будешь бить? — бесцветным голосом поинтересовался ребенок.

— Что? С чего ты взяла? Разве я когда-то бил тебя? — у меня чуть глаза из орбит не вылезли от такого предположения.

— Ну, раньше я не сбегала от тебя, — произнесла она, пожимая худеньким плечиком.

— Нет, бить я тебя точно не буду. Лишу телефона на неделю. И никаких встреч с мамой. Она на тебя плохо влияет.

— Нет, папа. Только не запрещай мне видеться с мамой! — воскликнула дочка, а из глаз ее хлынули слезы. — Папа, что хочешь со мной делай, только не запрещай маме со мной встречаться. Она ведь снова уедет. И у меня опять не будет мамы.

Вика рыдала и все никак не могла остановиться. Я обнял девочку и усадил к себе на колени.

— Пойми, малыш, так будет лучше. Твоя мама никуда не денется, если любит свою девочку. А если не любит, так и не нужна нам такая мама, — успокаивал я ребенка, как мог.