Книга Меньше слов, страница 5 – Слава Ленская

Я действительно уже полностью проснулась и села в кровати. Покосилась на «замечательного парня, которого совсем не ценила» и пошла на кухню. Завтрак так завтрак. Покормлю «Лешеньку» и обратно лягу.

Я все никак не могла взять в толк, чего это мама так озаботилась моим парнем с утра пораньше. Раньше за ней такого не наблюдалось. Эта мысль не давала мне покоя, пока я жарила оладьи и накрывала на стол. Что-то вертелось в голове, но я все никак не могла ухватиться за ускользающие детали. Алексей проснулся не в духе, и я отвлеклась от своих размышлений.

Чтобы не мозолить ему глаза, вернулась в кровать, решив проспать до обеда. А проснувшись, поняла, что в квартире осталась одна. Стоило мне прислушаться к себе, как я поняла, что счастлива. Снова задумалась о том, что мне намного лучше одной, чем со своим мужчиной. И, несмотря на вчерашний перформанс, я не оставляла мыслей о расставании. Стоило ли продолжать эти отношения, если они не приносили никакого удовольствия. А лишь наоборот, угнетали и вгоняли в тоску и чувство безысходности.

Неужели в свои двадцать два года я должна положить себя на алтарь быта и патриархата, при котором обязана спрашивать разрешения на каждый шаг у человека, который даже мужем официальным моим не являлся? Вот я так совсем не думала. Только не знала, что делать, и решила потерпеть еще какое-то время. Вскоре мне предстояла защита диплома, а после этого надо было найти работу, получить первую зарплату и подыскать хоть какое-то жилье, которое я смогла бы потянуть.

Романтический ужин и обходительное отношение Алексея оказались разовой акцией. Никаких обещанных прогулок, свиданий, с его стороны не было ничего. Я снова стала незаметным дополнением в его квартире. Правда, кое-что все же изменилось.

Вернулся он ближе к вечеру и не в духе. Бросал на меня недовольные взгляды, а я не понимала, чем могла вызвать недовольство.

— У тебя все в порядке? — спросила я, не выдержав тяжелого молчания, повисшего на кухне за ужином.

— Да, а с чего вдруг такие вопросы? — ответил мне Леша, еще больше сведя брови.

— Ты молчишь и выглядишь расстроенным, поэтому я и спросила, — сказала, пожав плечами.

— Я в порядке. Много работы, а ты меня здесь отвлекаешь, — он встал, громко отодвинув стул, и ушел в спальню.

Вот и поговорили. Я вздохнула, поняв, что ничего не изменилось, если не сказать, что стало хуже. Я не просила его работать дома и постоянно сидеть со мной. Это было его решение, которое оказалось не по силам. Но виновата, конечно, во всех бедах на земле оставалась снова я.

На следующее утро мамин звонок повторился. И тут в памяти всплыли ее вчерашние слова.

— Мам, ты все рассказала Алексею? — спросила я в лоб.

— О чем ты? Ничего я не рассказывала. Делать мне больше нечего, — затараторила в трубке мама.

— Точно? — недоверчиво спросила я.

— Точно! А если даже и сказала, тебе же лучше, — сообщила она. — И вообще, мне некогда, хватит звонить со своими глупостями.

Я медленно присела за стол и схватилась за голову. Как она могла? За что так со мной? Я ведь всегда была послушной дочерью и никогда не доставляла проблем. Училась хорошо, учителя хвалили, и сейчас я шла на красный диплом. Конфликтов избегала, чтобы маму лишний раз не беспокоить, и вот во что мне все вылилось.