Книга Меньше слов, страница 26 – Слава Ленская

— Ну, здравствуй, дочка. И где же ты была целый день? — заговорила мама таким тоном, словно меня всю ночь дома не было, и я вернулась под утро.

— Решила прогуляться. А ты как здесь? Что-то случилось?

— Конечно, случилось. Моя дочь — отвратительная хозяйка. Дома есть нечего, а она гулять ушла. Лешенька, по-твоему, сам себе готовить должен? — добралась она до сути.

Что на это ответить, я не знала. Но вот что меня прямо-таки разозлило, так это то, что Алексей молчал. Он даже не подумал возразить. Сидел и что-то жевал, с интересом наблюдая за нашим диалогом.

Слова мамы были очень обидными, ведь у нас в квартире всегда был порядок. Я всегда старалась создать дома уютную атмосферу. Да и еду готовила регулярно. К тому же, когда я уходила, в холодильнике стояли кастрюльки и сковородки, причем не пустые.

— Мам, ты серьезно? Не перепутала, кто из нас твой родной ребенок? — не понимая, в чем виновата, возмутилась я. — Я, насколько помню, не нанималась сюда домработницей или поваром.

— Люба, как ты смеешь?! Ты благодарна должна быть Лешеньке, что он тебя выбрал. Такой хороший мальчик. А ты в последнее время сама не своя, не понимаю, что с тобой происходит, — заявила мама, от которой я не ждала такого подвоха.

— Мам, иногда у меня возникают сомнения в нашем родстве, — с трудом сдерживая слезы, тихо произнесла.

Больше мне сказать им было нечего. Бросив пакет с покупками на пол, я выскочила из квартиры. Сначала снова бесцельно бродила по городу, сбрасывая входящие вызовы от мамы и Алексея.

Сама не поняла, как ноги меня привели к терапевтическому отделению нашего района. Подняла глаза на третий этаж, пытаясь найти окно его кабинета, и ахнула, встретившись с ним взглядом. Закусив губу, я смотрела на него, сдерживая слезы, пока он не отошел от окна. Глотая глухие рыдания, я опустилась на скамейку, стоящую неподалеку.

Стало так себя жаль, а еще очень обидно. Казалось, на целом свете я совсем никому не нужна. Что делать и куда идти, я не знала.

— Привет, ты чего здесь? — услышала я голос Стаса.

Поднять голову и показать зареванное лицо я никак не хотела. Только уставилась на его ботинки и по инерции всхлипнула.

— Эй, ты чего, малыш? — спросил он, присаживаясь на корточки напротив меня.

Я постаралась отвернуться, прячась за водопадом волос. Но Стас мне не позволил. Мягко схватил за подбородок и развернул к себе.

— Что случилось? Тебя кто-то обидел? — спросил он, вглядываясь в мое лицо.

Пальцами он пытался смахнуть слезы. Только они все никак не унимались.

— Слушай, пошли поднимемся ко мне. Успокоишься, расскажешь, что случилось и чем я могу тебе помочь. Если захочешь, конечно, — проговорил он.

А я смотрела на него и не верила в то, что мужчина может быть таким невероятным. Нежным, внимательным и безумно красивым. Как такое могло сочетаться в одном человеке. Понимая, что такой никогда не стал бы моим, лила слезы вновь и вновь.

— Пошли, — прошептал он, поднимаясь.

Схватил меня за руки и потянул на себя. Растеряв всю координацию, просто повалилась на него и замотала отрицательно головой.

— Ты не хочешь идти в отделение или не хочешь идти со мной? — спросил он, обхватив руками мое лицо.

Не в силах отвести от него взгляд, слабо пожала плечами. Если бы он только знал, что за ним я пошла бы и на край света. Вот только в таком растрепанном виде совсем не хотелось проходить мимо расфуфыренной медсестры, что в прошлый раз оценивающе меня рассматривала.