Книга Только друзья?!, страница 92 – Слава Ленская

Акушерка посмеивалась, слушая наш разговор.

— Милочка, ваш муж прав, назад дороги уже нет. Еще чуть-чуть и рожаем, — сказала она, выходя из родильного зала.

— А куда она ушла? Я что тут сама должна рожать? — уже выла моя Вика. — Да сделайте мне уже какой-нибудь укол. Как больно! Антоша, ты прости, но мне тебя убить сейчас хочется. Причем очень жестоко.

По щекам моей девочки катились слезы, периодически она хваталась за живот и громко дышала постанывая.

— Рожаем! — крикнула вернувшаяся акушерка, как только посмотрела насколько мы продвинулись. — Ну вот, умница, давай еще немножко потрудимся и все закончится.

— Я уже прямо сейчас хочу. Не могу это терпеть, — хныча, говорила Вика.

— Ты сейчас меня внимательно слушай и тогда все получится быстрее. А если просто будешь орать и ничего не делать, провозимся долго, — скомандовала акушерка и моя девочка замолчала.

— Давай со следующей схваткой начинай тужиться.

Спустя какое-то время, когда я стоял, широко раскрыв глаза. Все, что я увидел в этом кабинете было большое желание развидеть.

Но уже в следующий миг я забыл обо всем, когда услышал громкий плач моей малышки. Шагнул ближе, чтобы посмотреть на нее.

— Поздравляю, папаша, у вас мальчик. Крепенький, вполне здоровый, — услышал я чей-то голос, глядя как, малыша положили Вике на грудь.

— Мальчик?

— Мальчик?

Вика

23 года спустя

— Мам, это такой ужас! Я просто не знаю, что делать! — со слезами на глазах подошла ко мне дочка.

— Мила, что случилось? — посмотрела я на свою уже совершеннолетнюю дочь.

— Я не знаю как к этому относиться. Кир признался мне в любви! — скуксилась снова она.

— А в чем трагедия? Понять не могу. Такой мальчик хороший, симпатичный! — пыталась достучаться до сути вопроса.

— Мам, мы с садика дружим, он мой лучший друг! Какая любовь? — возмущенно воскликнула она. Только что ножкой не притопнула.

— Ну а тебе он как парень нравится? — решила уточнить, и мечтательно вздохнула, вспоминая былые годы.

Конечно, я помнила, как была удивлена тем открытием, что мой лучший друг мне стал нравиться как парень. Сейчас это смешно было вспоминать: всю мою нерешительность и страх признаться. Но тогда это была целая трагедия.

— Да, ты знаешь, я об этом никогда не думала, — пожала моя девочка плечами.

— Ну, я советую тебе хорошенько задуматься над этим вопросом. Признаюсь, мы ведь с папой тоже с песочницы были лучшими друзьями, и только в выпускном классе стали встречаться, — поведала дочке свою историю.

— Правда? Расскажешь? — удивленно взглянула на меня Миленка.

— Конечно, расскажу! — улыбаясь, ответила дочке.

И, сама оглядываясь назад, понимала, что, как бы сложно ни было в первые годы с маленьким Марком на руках успевать учиться, я ни о чем не жалею!