Книга Меж двух миров, страница 75 – Оливье Норек

— Я тебе уже сказал, что я не мусульманин.

— А я не фотограф. Так что нам все равно придется как-то договориться, потому что у каждого из нас есть нечто, интересующее другого.

— Но я так и не знаю, что именно.

И тут Мерль выложил насквозь лживую историю, на изобретение которой у него ушло не больше двух минут.

— Эта радикальная мечеть, о которой я тебе только что сказал, находится в самом центре «Джунглей». Ее держат афганцы. Войти туда совсем не сложно, ты увидишь. Они активно занимаются вербовкой: раздают молельные коврики, томики Корана, даже предлагают покровительство, если пожелаешь. Со здешними суданцами это не больно-то катит, но с сирийцами нет никаких проблем. Ходят слухи, будто один из имамов подстрекает беженцев оставаться во Франции и не пытаться перебраться в Англию. Как ты знаешь, у нашей борьбы другие цели. В мире больше не должно быть понятия границ, мир принадлежит людям, а не государствам. Я покажу тебе серию снимков, а ты скажешь мне, здесь ли этот имам и действительно ли он ведет подобные речи. А потом я предъявлю тебе фотографию трупа. Заметано?

Адам чувствовал ложь, как мать чувствует своих малышей. Он и шагу не сделает в ту мечеть. Даже близко не подойдет.

— Заметано, — подтвердил он.

Мерль записал телефон сирийца и переслал ему семь фотографий.

— Как ты думаешь, сможешь пойти туда сегодня?

— Наверное, завтра. Послезавтра непременно.

— Мне бы надо поскорее.

— Тогда тебе следовало бы научиться торговаться получше. У тебя в рукаве больше ничего нет, так что решаю я.

Мерль, осознавший, что манипулирование — это спорт, требующий некоторой тренировки, оскорбленно смотрел вслед удаляющемуся Адаму. За тем, словно тень, незамедлительно двинулся мальчишка, как раз успевший справиться с колой.

На обратном пути к дюне Адам пролистал фотографии на экране мобильника.

Среди шести предполагаемых имамов четверо выглядели довольно странно: двое были чисто выбриты, еще один — в джинсах и кроссовках, а последний курил сигарету, сидя на террасе кафе, на столе стояла бутылка, сильно напоминающая пивную. Если это мусульмане-салафиты, то они позволяют себе довольно неожиданные нарушения. Наконец пришла нужная Адаму фотография.

Открытая палатка. Мертвое тело ливийца с двумя глубокими разрезами. Горизонтальная рана на уровне сердца и вертикальная на животе. Из-за вспышки красная кровь, залившая его тело и одежду, выглядела почти вульгарно. То, каким образом было совершено это убийство, наводило на мысль о профессионализме. Или привычке.

Нажатием пальца Адам вывел из своего мобильника файл с фотографией и запустил следующий поиск: «Комиссариат Кале».

Жюли подводила итоги дня со своей командой. Рассевшись вокруг пластикового стола, поставленного на песок перед украшенной детскими рисунками бытовкой, волонтеры внимательно слушали инструктаж и последние административные ходатайства относительно того, чтобы «Джунгли» не превращались в неконтролируемый город, а оставались временным лагерем.

— Префектура вновь отказала нам в просьбе о получении доступа к горячей воде для душей. Сейчас лето, это пока терпимо, но когда придет зима, все заболеют, а поскольку мы находимся в практически замкнутом пространстве, достаточно, чтобы один или два беженца подхватили насморк, и назавтра чихать будут уже все «Джунгли».