Книга Мертвая вода, страница 111 – Оливье Норек

— Эльза… — удалось ей прошептать.

Видаль снова вошел в дом, спустя несколько секунд воротился, словно персонаж театра теней, с телом девушки на плечах и бережно уложил ее на траву. Бездыханную.

Несколько раз глубоко вдохнув, Юго пришел в себя. Ему с трудом удалось добраться до Ноэми, которая ползла к безжизненному телу Эльзы. Эльзы со всеми ее тайнами.

— Это отравление, — еле ворочая языком, произнес Юго.

Ноэми сунула руку в карман, чтобы достать мобильник, и, несмотря на помутившееся зрение, набрала номер пожарных. Даже обыкновенная подсветка треснувшего телефонного экрана обожгла ей глаза.

— Это воздух в доме, — продолжал Юго. — И если это отравление, то он продолжает действовать. Они ни за что не успеют.

Юго обернулся к Видалю и указал ему на гараж:

— Моя машина. Баллон чистого кислорода.

Тот побежал и вернулся со всеми баллонами, которые обнаружил в багажнике «форда». В его могучих руках они казались не тяжелее былинки. Легионер разложил их перед Юго, который оттолкнул предназначенные для погружения баллоны со сжатым воздухом и схватил наполненный чистым кислородом, что был припасен для неотложных случаев при кессонной болезни. Он вставил загубник в рот Эльзе, и та, вдох за вдохом, потихоньку пришла в себя. Когда она открыла глаза, загубник стал переходить от одного к другому: Ноэми, Юго, Эльза. В ожидании помощи.

Мигалки сначала осветили лесную чащу, потом наконец появились на дороге к дому у озера. Ноэми поискала глазами вокруг, но Видаль уже исчез. Пикассо хвостом взбивал воздух, и она вырвала толстый пучок травы, чтобы вытереть его морду, из которой еще сочилась кровь.

— И тебе, мой чудесный, тоже помогут.

Он уткнулся мокрым носом в шею хозяйки и положил лапу ей на живот, как если бы все еще хотел защитить ее.

— Даже не вздумай, грязнуля, — сказала она, нежно отталкивая пса.

В тот вечер, чтобы спасти им жизнь, понадобился совершенно покалеченный пес, мизантроп с тяжелой рукой и чистый кислород водолаза.

Вскоре после двух часов ночи дежурный врач отделения неотложной помощи больницы Деказвиля просматривал истории болезни вновь поступивших и в одном из троих узнал знакомую пациентку:

— Ноэми Шастен? Да она что, издевается надо мной?

Он стремительно промчался по ведущему к палатам длинному коридору, постучал в дверь и вошел, не дожидаясь ответа.

— Судя по тому, что я вижу, деревня подходит не всем. Вы ведь не любите жизнь, верно? Машины у вас больше нет, так вы совершаете коллективное самоубийство угарным газом?

Пооткрывав все окна и двери, пожарные спустились в подвал и обнаружили множественные повреждения котла. Достаточно серьезные, чтобы большая часть ядовитых продуктов сгорания, бесцветных, не имеющих запаха, устремилась в дом.

— И это опять не авария, док!

— Ну, как скажете… Но мне все труднее верить вам.

Он перелистал страницы истории болезни и составил по ним список симптомов отравления.

— Тошнота? Головокружение? Галлюцинации?

— Можете отметить все три, — подтвердил Юго.

— Кому принадлежит идея с чистым кислородом?

— Мне.

— Отлично сработано. Он ускорил отделение монооксида углерода от гемоглобина. Вы как-то связаны с медициной?

— Нет, просто полицейский водолаз. Так что немного разбираюсь в отравлении крови.

— Хорошая реакция. Но ведь вас в этой истории было трое?