Книга Код 93. Районы, страница 38 – Оливье Норек

— Добрый вечер, Алиса.

— Привет, Виктор. Мог бы, по крайней мере, войти как настоящий флик, с пушкой в руке. А вдруг это вор сюда забрался.

Он притворился раздраженным:

— Вор, у которого есть ключи и который закрывает за собой? Кстати, мы обменялись ключами на всякий случай, если одному из нас будет нужен дубликат, а не для того, чтобы я обнаруживал тебя у себя бог знает в котором часу. Ты что делаешь?

На первый взгляд она, похоже, готовила, но, обследовав содержимое кастрюли, он удивился, какую грязищу она развела у него в кухне, чтобы сотворить то, что было задумано как спагетти с томатным соусом.

Девятнадцатилетняя Алиса, в его кухне, босиком, в джинсовых шортах, слишком коротких, чтобы считаться приличной одеждой для выхода на улицу, и тонком свитере, черном, растянутом, открывающем взгляду голое плечо. Она была его соседкой меньше года и уже обзавелась дурными привычками.

— А если бы я был не один?

— Ты? Ты одиночка, Виктор, ты никого к себе не приводишь. И потом, между нами, как ты себе все это представляешь? Ты свою квартиру вообще видел? Здесь ни одна женщина не останется дольше пятнадцати минут. – Она обвела взглядом комнату. – Никакой мебели – ты как будто только вчера переехал. Нет, у меня нет опасений, в твоей пещере ни для кого нет места.

— Но ты-то здесь?

Несколькими месяцами раньше, в спешке и особенно не задумываясь, он скрепя сердце пообещал ее родителям приглядывать за ней. Приехав на учебу, она уговорила их оставить ее одну в столице, однако денег ей хватало только на студию в не самом шикарном районе. Вот так Кост заполучил навязчивую девицу в качестве новой соседки по лестничной площадке. Она посещала курсы драматического искусства Флорана – хотела стать актрисой; Кост подозревал, что драйва и обаяния ей для этого хватит.

— Что бы ты ни наэкспериментировала в этой кастрюле, пожалуйста, без меня – я недавно ужинал.

— С женщиной?

— Да.

— Она хорошенькая?

— Несчастная.

Она повторила свой вопрос:

— Хорошенькая?

— Очень.

Как настоящая актриса, Алиса состроила недовольную детскую гримаску и выключила индукционную плиту. Сегодня вечером ее стряпня так и останется несъеденной.

Он растянулся на диване и без звука включил телевизор, новостной канал. Сменяющиеся картинки Института судебно-медицинской экспертизы, заброшенных заводов в Пантене и коттеджей в Пре-Сен-Жерве. Снова-здорово. Красная ковровая дорожка по пути к коллективной паранойе и куче неприятностей. Кост закрыл глаза и сосредоточился на дыхании. И почувствовал, как к нему прижалось ее тело.

— Ты чего делаешь?

— Укрываюсь в безопасном месте. Ты же обещал меня защищать?

— Ничего подобного. Я сказал, что время от времени буду приглядывать за тобой.

Она подняла его руку, скользнула под нее и – добровольная пленница – положила ее на себя. Он отодвинулся, достал пистолет, который врезался ему в спину, с металлическим лязгом вынул обойму и досланный патрон и положил все на стол.

Снова открыв глаза, он не знал, сколько времени прошло. Достаточно, чтобы телекомментатор исчез – вероятно, ушел домой, уступив место полицейскому репортажу. В любом случае по телевизору ничего другого не показывали. Сериалы про фликов, фильмы про фликов, репортажи с фликами. Он так и не понял, почему люди ненавидят их в жизни, но обожают на экране.