Книга Код 93. Районы, страница 152 – Оливье Норек

Да, он прошел долгий путь…

Салах аккуратно повесил костюм, надел старые джинсы, кеды и мешковатую рубашку. Из глубины шкафа, из-за стопки свитеров, достал газовый баллончик размером с автомобильный мини-огнетушитель. Подарок полиции. То есть муниципальной полиции. Полиции Весперини. Салах прицепил его себе на пояс, и, несмотря на тридцать сантиметров спрея под давлением, его легко удалось скрыть под рубашкой.

Пусть Салах и вышел из неблагополучных предместий, но он выбрал карьеру, из-за которой запросто можно прослыть продажным типом. Вернуться туда могло оказаться не так уж и просто. В силу своего изолированного положения предместья до такой степени делали культ из своих отличий и противостояний, что задавали свои правила жизни и свои законы. Для подавляющего большинства Салах уже был не одним из своих, а, наоборот, изменщиком, который крутится возле богатеньких.

Увидев в окно, что солнце уже садится, Салах решил, что пришло время выходить на охоту за информацией, но тут раздался звонок в дверь. Дочка жила с его бывшей женой, а бывшая жена его ненавидела. Он никого особо не ждал. Он быстро проверил, хорошо ли газовый баллончик держится на поясе.

Когда Салах открыл дверь, у него возникло ощущение, что на него плеснули чем-то в таком же роде, но повнушительней.

— Маркус?

За спиной боксера Салах заметил двух подростков, с братьями которых общался много лет назад.

— Колен? Дрисс? Ты смотри-ка, ну вы и вымахали…

Он бы и не обратил внимания на мальчишку, которому было маловато лет, чтобы в такое время находиться вне дома, если бы тот сам не привлек его внимание:

— Заткнись давай, здесь тебе не семейный ужин.

Оттолкнув его в сторону, Бибз прошел в квартиру. Салах понимал разницу между посещением и наездом, каковые ему и самому приходилось когда-то совершать. К несчастью для него, эти четверо, похоже, выбрали второй вариант. К тому же они были в перчатках, хотя в это время года никто еще особо не мерз. Салах попытался разрядить сгущающееся напряжение:

— А я как раз собирался заглянуть к старшим по району. После всего, что случилось, я беспокоюсь. Я хотел узнать, могу ли я что-нибудь для вас сделать.

Тыльной стороной руки Бибз смахнул на пол все, что было на столе в гостиной, и уселся, положив ноги на стул.

— Круто с твоей стороны. Ты и правда можешь кое-что для нас сделать.

Салах знал, что не стоит проявлять агрессию, но и позволять, чтобы с ним так себя вели, – тоже плохая идея. Он оставил без внимания усевшегося на стол малявку и обратился к другим, потенциально более опасным:

— Слушайте, парни, вы, похоже, сильно на взводе, только вот не пойму почему. Маркус, может, ты мне объяснишь, будь любезен.

Неподвижно стоящий в углу боксер не ответил. Колен и Дрисс опустили глаза. Бибз даже не пошевелился. Он ждал, когда злоба завладеет им целиком.

— Эй… Я с тобой разговариваю, а ты на меня даже не смотришь? Выходит, не уважаешь, сукин ты сын.

Салах не верил своим ушам. В том танце вел мальчишка, росточком с помойное ведро и весом хорошо если килограмм сорок. Салах не собирался опускаться до того, чтобы бояться щенка. И опять его проигнорировал.

— Колен, Дрисс… моя маманя нянчилась с вами, когда вы были маленькими. Что за ерунда, скажите мне уже, что происходит!