Книга Точка невозвращения, страница 16 – Мария Морион

— Как вы можете преподавать, если вам так не нравятся ученики?

— Ну, жить-то надо на что-то, и это далеко не худшая работа.

— Почему же вы не уезжаете на Уэй? Вам бы жилось там гораздо лучше!

— Я так не думаю. Давайте поговорим о другом. Например, о вас. Какие развлечения вы предпочитаете? У нас есть азартные, есть спортивные, есть всякие шоу, есть диско…

— Я люблю всего понемножку. Сначала осмотримся, а там решим.

Когда они вышли на улицу, солнце стояло в зените, и было изрядно жарко. Они пересекли улицу, дождавшись, когда машин будет поменьше, но все равно с некоторым риском для жизни, и направились к ближайшему торгово-развлекательному диву в форме гигантской улитки. Сначала решили пойти в тир (даже это вполне невинное развлечение на Уэе было признано опасным и пробуждающим агрессивные наклонности, поэтому тиры были только для военных и полицейских). Мара стреляла из винтовки и не сделала ни одного промаха. Когда она наклонялась над стойкой, чтобы получше прицелиться, Майкл не мог оторвать взгляд от ее очаровательной круглой попки.

— Вы просто снайпер! — воскликнул он в восхищении.

— О, нет, это уровень обычного среднего пользователя. Посмотрим, что вы сумеете сделать пистолетом.

— Последний раз я держал его в руках лет пятнадцать назад.

Однако результат был лучше, чем можно было ожидать. Всего один промах на обойму. Конечно, в армии от них требовали совершенно другого уровня подготовки: движущиеся мишени, скорострельность, стрельба в самых разных (и весьма неудобных) положениях, стрельба на бегу, и надо сказать, что в то время Майкл был на высоте, ребята из его взвода даже дали ему кличку Соколиный глаз. Но это было так давно…

— Что ж, неплохо справляетесь. — с улыбкой сказала Мара.

Затем они поменялись оружием. На этот раз оба стреляли без промаха.

— Этот блестящий результат нужно отметить! Очаровательная леди, не выпить ли нам по стаканчику?

— Отличная идея! На следующем этаже есть неплохой бар.

Они поднялись на этаж и зашли в бар под названием «БаоБабы».

— По вечерам здесь часто бывает слишком весело, но днем вполне нормально. Это любимое место тех, кому за сорок, вы бы видели, как они отжигают на танцполе! Особенно женщины. Бывает, заиграет какая-нибудь их любимая песня годов девяностых, и сразу штук пять вылезут в середину зала, все толстенные, как настоящие баобабы, груди, как дыни, животы и задницы — как тыквы, и давай отплясывать! А мужчины рядом с ними выглядят как пигмеи: маленькие, худенькие, лысенькие… У нас почему-то после сорока почти все мужчины лысеют. Экология, наверное, плохая. А вот вы еще очень хорошо сохранились, на вид вам и сорока не дашь.

— Спасибо, Мара. Очень хотел бы задать вам встречный нескромный вопрос, но никак не решусь. — Майкл пустил в ход самую обаятельную из своих улыбок, чтобы его вопрос не был сочтен непростительным нахальством.

— Попробуйте угадать, — улыбнулась в ответ Мара.

— Двадцать один?

— Нет.

— Двадцать три?

— Нет, но уже теплее.

— Неужели двадцать четыре?

— Двадцать пять! Недавно исполнилось.

— Что ж, давайте выпьем за вас и за неувядающую красоту юности!

Они выпили за Мару, потом за Майкла, потом за радость жизни. После третьего коктейля решили сделать паузу и продолжить экскурсию по развлечениям.