Книга Серое братство, страница 300 – Валерий Гуминский

Амулет заверещал. По-настоящему заверещал, подпрыгивая на веревке. Уши заложило от тонкого, вибрирующего звука. Он разрывал барабанные перепонки, проникал в мозг. А в это время возле меня стремительно росла фигура неведомого существа с двумя руками, на которых я насчитал двадцать пальцев, огромной выпуклой грудью, неимоверной головой с тремя рогами, торчащими вверх в виде гребешка. Над моими спутниками уже возвышались такие же фигуры. И тут мой страх пропал. Я стал ждать продолжения. Духи из амулетов взмыли вверх, покружились в воздухе, сплелись в невиданное гигантское кольцо и ринулись на морок из ущелья. Мы оцепенели. Кольцо обволакивало всадников, отчего те стали топтаться на месте. Первым очнулся бин Сиарук. Он воскликнул:

— Хитон Сарруки! Быстро пошли, пошли! Хен, поднимай этих болванов! У нас есть возможность пройти ущелье!

Лошади хрипели, пятились назад, ишаки надрывно орали от страха и боли, когда погонщики, сами ничего не соображающие, лупили палками по бокам несчастных животных. В таком хаосе мы бросились по дороге мимо сплетения теней, чувствуя, как коченеют пальцы, сводит лицо от жуткого холода. Призрачная нога одного из стражей ущелья пронеслась мимо меня — я чудом увернулся. Кого-то из погонщиков задело мертвяцкой плотью. Такого дикого крика я ни разу не слышал — даже сердце оборвалось.

Мы сорвались на бег. Никакого чувства достоинства я не испытывал, чтобы не показаться трусом. Я летел вперед, нахлестывая жеребца, прочь от жутких тварей. Шамир с открытым от беззвучного крика ртом махал мечом, с лезвия которого срывались белые полосы света и капали вниз, на камни тропы. Никто не играл героя. Это было повальное бегство. Бин Сиарук кричал:

— Живее, идиоты! Не задерживайтесь! Если мы застрянем в ущелье — нас разорвут!

Упал еще один погонщик. Но мы уже вырвались из тесного каменного мешка в долину, а за спиной гремели невиданные громовые раскаты. Через мгновение земля содрогнулась, багровые всплески окрасили вершины скал и медленно скатились вниз, в вечную темень ущелья.

Только теперь мы перевели дыхание, еще до конца не веря в свое спасение. Только после этого осмотрелись. Животные отходили от пережитого ужаса, но ни одно из них не отбилось. Товар остался цел и невредим. Недосчитались лишь трех погонщиков. Братья старались держаться храбрецами, но это у них мало получалось с их бледными как льняное полотно лицами. У меня на языке вертелся лишь один вопрос: кого рубил Шамир своим невиданным мечом?

Бин Сиарук, сам тяжело выдыхая воздух, приказал нам уводить караван как можно дальше от страшного ущелья. Нас и не нужно было подстегивать. Никому не хотелось оставаться на этом месте дольше одного удара сердца. Мы взяли такой темп и очнулись только тогда, когда зычный голос хозяина вернул нас в реальность.

— Будем отдыхать здесь, — заявил бин Сиарук. — А ближе к полудню двинемся дальше. До Гужана осталось совсем немного. Благодарение небесам — мы спустились в ад, и вышли оттуда живыми.

Только теперь мы обратили внимание на восход нежно-желтого солнца, трепетное дуновение ветерка, еще не жаркого, освежающего.

Пока оставшиеся в живых погонщики, еще трясущиеся от страха, с помощью братьев разбивали временный лагерь, старик подошел к нам и с подозрением спросил: