Книга Королевская охота, страница 193 – Валерий Гуминский

— Пять, шесть, — пожал плечами идальго-соларьего и оживился, когда подавальщики принесли на подносе обед в виде жареных гусей, зелени, сыра, холодной буженины в заливке, пышного хлеба, а к закуске — три кувшина с вином.

Прежде чем выпить первую чарку, Джетро встал и произнёс речь, в которой благодарил богов, что дал нам всем разум и не довёл до серьёзной крови. Поэтому та малая часть, которую пролили два благородных сеньора, благосклонна принята к примирению. Его слова восприняли с воодушевлением. И начался пир. Через некоторое время я заметил, что Леон обнимает за плечи своего бывшего противника и о чём-то ему втолковывает, а Манель беспрестанно кивал, со всем соглашаясь. Моим собеседником был Джетро, а остальные на нас перестали обращать внимание.

— Джетро, дружище, вот ты носишь титул соларьего, — после четвёртой или пятой чарки решил я прощупать фарисца, впавшего в расслабленную негу. Его бородка- эспаньолка даже обвисла, а усы блестели от попавшего на них вина. — А какие у тебя отношения с герцогом? Вассальные обязательства или только на случай войны?

— Для дворянских родов «благородной земли» отказ от военной службы не несёт угрозы. Для нас это акт свободного выбора, — Джетро Абадия, на удивление, говорил без южной экспрессии, не махал руками и не пытался приобнять за плечи, демонстрируя дружеское отношение. — Но мы сохраняем приверженность к военным занятиям и охотно принимаем участие в войне, когда этого требует ситуация, а не по собственной воле. А по поводу вассальной клятвы герцогу… Нет, я не служу Его милости, но поддерживаю каждый шаг. Тут прошёл слух, что милорду удалось отыскать артефакт Истинной крови. Какой-то смельчак проник в Спящие Пещеры и нашёл там филактерий с кровью первых королей Дарсии.

— А я слышал, что таковых не осталось, — мне стало понятно, что письмо герцога Тенгроуза королю — не провокация, а намеренный шаг к обострению. — Говорят, их уничтожили все до единого.

— Все так думали, — усмехнулся Джетро и приложил палец к губам. — Но недавно святой отец Аротега в разговоре с моим отцом вскользь упомянул об артефакте. Якобы его проверили на крови герцога, и он указал на милорда, как на потомка Норанов и Аллистеров. Но ещё интереснее — появился второй претендент. Представляете, прожил всю свою жизнь в какой-то дыре, и вдруг оказалось, что и он принадлежит славным династиям!

— Очень интересно, кто бы это мог быть, — я налил вина себе и собеседнику, не обращая внимания на разгорячившихся от выпивки молодых людей. Они спорили о чём-то своём, не мешая нашей беседе.

— Интересно другое: как они его нашли, — рассмеялся Джетро, опрокидывая в себя светлое лёгкое вино, в самом деле оказавшееся весьма недурственным. Голова ясная, язык чуть-чуть развязан, а в ноги бьёт по-предательски. — Думаю, к такому повороту событий готовились долго, перерыли все архивы в поисках древних свитков.

— А к чему вы мне это рассказываете, соларьего? — я зацепил двузубой вилкой кусок буженины и отправил в рот. Жгучие приправы обожгли рот, но было удивительно вкусно. — По вашим словам в Фарисе что-то должно произойти, а вы так просто раскрываете весьма пикантные подробности. Если филактерий настоящий, если он должным образом отреагировал на кровь герцога Тенгроуза — представляете последствия?