Книга Мятежный рейд, страница 21 – Валерий Гуминский

— Я всего лишь исполнил ваше желание, — пожал плечами Котрил, глядя вперед. — Любовь к матери или любимой женщине можно выражать не только сыновьей заботой или дорогим супружеским подарком. Судно, которому суждено перевернуть ход истории, должно отождествляться с именем человека, бросившего вызов нынешней деспотии и возврата к справедливости.

— Прекратите нести высокопарную чушь, — поморщился Шаттим. — Если умные головы сведут концы нитей воедино, сразу поймут, кто стоит за набегом в Спящие Пещеры.

— А какой смысл прятаться? Рано или поздно наши имена будут известны коронной службе безопасности, — возразил Котрил. — Иногда стоит рискнуть и повысить ставки.

— Повышение ставки — наша жизнь? — иронично спросил барон.

— Конечно. Зато выигрыш — артефакт Истинной Власти. Поверьте, ваша милость, он в сто крат окупит вашу ставку.

Шаттим задумался. Авантюрист Рэйдж повторял то же самое, что и неделю, месяц, год назад. Он упорно и методично опутывал сладкими речами барона, подталкивая его к опасному шагу, сделав который, оба становились врагами Короны. Мало что оба — так и семья барона Шаттима будет беспощадно вырезана. И всё из-за слабости, которую Клеман допустил однажды, поведав последнему представителю сеньората Котрилов, чья кровь течет в его венах. Старинные летописи, спасенные предками Клемана и сохраненные от беспощадной королевской ревизии, прямо указывали на то, что Шаттимы происходят из младшей аристократической ветви Норанов, а значит, в какой-то мере могли претендовать на королевский трон. Если не осталось никого из потомков первых правителей. Но они остались, и слава всем богам, король Аммар об этом едва ли знал.

Впервые услышав об этом, Рэйдж невероятно возбудился и поинтересовался, не хочет ли Клеман Шаттим восстановить справедливость, возродив Первую династию Дарсии.

— Даже если предположить, что старшая ветвь полностью погибла, и не осталось ни одного представителя Норанов, — ответил тогда барон, — кто мне позволит заявить о своём праве? Нынешний король просто пришлёт наемных убийц и вырежет всю мою семью и родственников. Вы в своём уме, Котрил? И с чего бы такая невероятная забота о моём будущем?

— Так я не тороплю вас, ваша милость. Тем более, я готов помогать вам в достижении этой благородной цели, — Рэйдж продолжал нашептывать крамольные мысли. — Нужны средства, верные люди, отчаянные головорезы, готовые лезть в пасть дьявола. Я займусь этим. А потом мы навестим Спящие Пещеры и найдём филактерий с кровью Норанов, проведём обряд инициации…

— А потом война с королем?

— За вас встанет весь юг, — пожал плечами Котрил. — Там до сих пор не признают власть Адальгримусов. Мы легко найдём родовитые семьи, готовые встать под знамёна Первых королей.

— Вы не просто авантюрист, Рэйдж, а отбитый на всю голову авантюрист, — только и мог сказать ошеломлённый подобным натиском барон. — Если не отбросите вредные мысли, я буду вынужден просить вас не появляться в моем особняке.

Котрил благоразумно замолчал, а потом убрался из Шелкопадов куда-то на восточное побережье, где, по слухам, занялся непотребными для дворянина делами. Впрочем, Шаттиму было плевать на него, лишь бы не втягивал в смертельную авантюру. Но яд сомнений и древних обид, ввергнувших его предков в прозябание в этой дыре, который был впрыснут Рэйджем в кровь, уже начал свою разрушительную работу, подтачивая твёрдость своих убеждений и преданность королю.