Книга Командор, страница 183 – Валерий Гуминский

— Дружище, а ведь девка тебя точно чем-то охмурила, — я рассмеялся, глядя на своего помощника, возмущенно засопевшего от такого заявления. — Ладно, топай отдыхать. Через несколько часов поднимаем паруса.

Человеческая суета порта к вечеру постепенно затихала. После заката солнца и ночью работы были запрещены во избежание несчастных случаев. Грузчики, извозчики, конторские служащие и прочий люд уходили домой, а их место занимала портовая стража. Возле гранитных пристаней замерли нагруженные по самую ватерлинию купеческие нефы и барки, которым вскоре предстояло подняться по Рокане и начать свое долгое путешествие вглубь Дарсии.

Умиротворяюще плескались волны в борт «Соловья», чьим владельцем считался уважаемый в Скайдре, Сурже и в столице королевства господин Боссинэ. Несколько судов, возглавляемых «флагманским» однопалубным нефом, вытянувшись цепочкой, заняли пять крайних причалов, уже готовые отправиться со своим грузом в Шелкопады.

Господин Боссинэ, накинув на плечи плащ, вышел на палубу, чтобы оценить степень готовности экипажа к изнурительному походу. С любопытством огляделся по сторонам. Вроде бы часто бывает в Скайдре, а все равно открывшаяся картина завораживала. На другом берегу Роканы ярко светились огни аристократических дворцов и особняков; они подобно драгоценному ожерелью протянулись от устья реки куда-то вверх, теряясь в лилово-бархатных сумерках. На противоположной стороне, где сейчас находился «Соловей», мрачно чернели провалами окон конторы и приземистые очертания каменных лабазов. Изредка вдоль причалов мелькнут фонари проходящей стражи — и вновь слышится лишь плеск воды и далекие пьяные выкрики из прилегающих к порту улиц.

Все, как всегда. Боссинэ чтил традицию, которую сам когда-то возвел в личный постулат. Перед отправкой каравана он проводил ночь на флагмане, самолично удостоверяясь в порядке на суднах и готовности экипажей. Путь предстоял долгий, как туда, так и обратно. Поэтому господину Боссинэ ничего не стоило нанести визит на какое-нибудь судно для проверки даже посреди ночи. В этом он отличался от многих купцов и имел заслуженное уважение в гильдии.

— Все спокойно? — он подошел к борту, где маячила фигура, закутанная в плащ.

— Как никогда, хозяин, — в ответ глухо прозвучал мужской голос из-под широкополой шляпы. — Вы уверены, что нас сегодня навестят непрошенные гости?

— Более чем, — усмехнулся Боссинэ, упершись ладонями в деревянный борт судна. Наклонившись, он посмотрел в черно-смолянистую воду, в темноте выглядевшую неподвижной, и вдохнул в себя запахи гниющих водорослей. — Меня убедили, что эти гости невероятно ловки и опасны, могут проникнуть на корабль столь изящно, что мы этого не заметим.

— Я с вами уже десять лет, господин, — усмехнулся его собеседник. — За это время на наш корабль трижды нападали, а еще раз десять пытались проникнуть, чтобы навредить или сжечь. Уверяю, волноваться не стоит.

— Смотри, Аргай, — предупредил хозяин каравана. — От твоего рвения и внимательности зависит, сохраню ли я десять крон, или они перекочуют в карман этого прохиндея Тарли. Он уверяет, что у него есть люди, играючи захватывающие корабли. Для них что корвет, что речной барк — на один плевок.

— Посмотрим, — угрожающе произнес Аргай. — Дозволено ли нам наносить увечья пришлым?