Книга Командор, страница 167 – Валерий Гуминский

— Не могу сейчас дать ответ, — признался виконт.

— Котрил меня плохо изучил. Банальная спешка, просчеты в планировании моего убийства обернулись потерей еще трех его человек. Знал бы, что я всегда ношу с собой парочку заряженных стволов — не действовал столь опрометчиво. Поэтому мои действия не безрассудны, как вам показалось вначале, виконт.

Не рассказывать же славному парню Ниму, что некие высшие силы, по воле которых я проживаю жизнь в теле морского офицера Вестара Фарли, наградили меня устойчивостью к стрессам и способностью действовать хладнокровно, не испытывая колебаний. Страх? Он, конечно, остался, что для человека свойственно. Я тоже боялся, но как-то отстраненно от ситуации, как будто находясь в стороне, что было недалеко от истины. Майор Сиротин, добровольно расставшийся с жизнью из-за тяжелейшего ранения, приглядывал за фрегат-капитаном Фарли, ставшим его реципиентом, с высоты прожитых лет и огромного боевого опыта.

— Господин Сирота, я больше и больше убеждаюсь, что вы не тот человек, за которого себя выдаете, — усмехнулся виконт. — Надеюсь, ваша тайна не приведет на виселицу всю команду и меня в том числе.

— Еще не поздно отказаться от дружбы со мной, — я посмотрел на смутно белеющее в темноте кареты лицо молодого виконта.

— Не обижайте меня, Игнат, — недовольно пошевелился Ним. — Хоть я и молод, но в людях не ошибаюсь. Когда граф Абра начал подлостью захватывать наши земли, я еще был мальчишкой, но уже тогда понимал, что за благочестивыми разговорами и улыбкой прячется хищник. Рано или поздно дождусь вашу историю… пусть даже и на виселице.

— Спасибо, виконт, — я был тронут и протянул руку, которую Ним Агосто пожал без колебаний. — А теперь расскажите, что мне грозит за убийство трех разбойников.

— Губернатор не станет особо настаивать на наказании за убийство наемников, — успокоил меня виконт. — Злодеи опознаны, что уже хорошо. Кучер пойдет как свидетель, а вы можете смело говорить о своей невиновности. Даже можно настаивать на том, что очищаете город от всякой мрази. И рассчитывайте на меня, Игнат. Слово дворянина стоит выше слова какого-то кучера или сержанта ночной стражи, и извините, даже выше слова купца.

— В таком случае я буду сегодня спать спокойно, — усмехаюсь в ответ, — не мучаясь угрызениями совести.

Примечание:

[1] Кондотта — договор о найме на военную службу, заключавшийся с командиром отряда наемников: кондотьером.

Озава была редкой молодой девицей, стремившейся выйти за рамки жестких ограничений и предрассудков, возведенных людьми ради своего мнимого благополучия и спокойствия. Жизнь в обществе, где тон задают мужчины, ею была принята лишь в той мере, которая позволяет существовать без каких-то особых условий и жестких рамок. И все из-за того, что пятый ребенок в доме гончара Феста, коей и являлась Озава, оказался отмеченным Даром. Самым удивительным в этой истории оказалась реакция папаши. Он даже глазом не повел, когда у младшей дочери проявились способности к магии. А вот матушку жестоко исходил ремнем, обвиняя ту в распутстве.

Такое событие (имелось в виду рождение ребенка с потенциалом мага) нечасто, но происходило в бедных семьях простолюдинов. Только там обязательно отмечалось появление некоего дворянина за девять месяцев до рождения одаренного. Этот факт принимался в большей мере, чем тот, в котором обычный человек невольно мог попасть под излучение магических кристаллов.