Книга Командор, страница 117 – Валерий Гуминский

Сам кошель оказался намертво прицеплен тонкой прочной железной цепочкой к кольцу, продетому в одно из отверстий пояса. Я подивился находчивости мужика. Ни один уличный воришка не сможет не только срезать мошну, но даже вспороть ее. Кошель на вид изготовлен из вываренной кожи и довольно прочен.

Виконт Агосто заплатил за нас обоих, и мы по сходням зашли на дощатый настил квадратного парома. Помощники паромщика, молодые парни с такими же мощными и волосатыми руками, дождались, когда последние пассажиры, коих набралось десять человек вместе с нами и парой захудалых лошадок, займут свои места на покачивающемся плавсредстве, сдернули канаты с деревянных чурбаков.

Паром дернулся, закачался на воде. Мне стало интересно, каким образом двигается переправа. Ведь я не заметил никаких натяжных канатов между берегами. Перегнувшись через перила, уставился в темно-маслянистую текучую воду, тихо и умиротворенно плескавшую в невысокие борта.

— Рыбу выглядываешь? — присоединился ко мне виконт. Мы стояли особняком, выделяясь своей одеждой и внушительным арсеналом. Мещане с опаской поглядывали на нас и старались держаться подальше.

— Понять не могу, как двигается паром. Канатов не вижу.

— А, так это просто! — Ним усмехнулся. — Сразу видно морского волка, но никак не речного. Вместо натяжного используют закидной канат с якорем на середине реки. Сила течения и заставляет двигаться паром от берега к берегу. Управлять скоростью движения можно изменением скользящих тросов и обычным судовым рулем.

Тут-то я понял, что за конструкция находится на носу парома. Возле нее сейчас толклись волосатые парни и изредка шевелили солидным рулевым пером.

— А там…, — виконт постучал ногой по настилу, — внизу стоят подводные паруса-крылья. Поворачивая их в разные стороны, перевозчик добивается нужного движения, а течение само несет его, куда надо. Все просто, дружище.

— Надо же, — я уважительно покачал головой. — Действительно, не слышал о таком изобретении. А как же проходящие корабли?

— Купеческие барки не имеют глубокой осадки, и канаты, погруженные в воду, им не мешают. Главное правило паромщиков: никогда не начинать перевозку, если на каком-то корабле поднят красный треугольный вымпел. Это означает, что кто-то собирается подниматься вверх по Рокане или спускается к устью. За нарушение судоходного устава не только огромный штраф, но и публичное битье плетями на площади. На первый раз. Повторное нарушение грозит каторгой.

— Не слишком ли серьезное наказание?

— Считаю, что нет. Столкновение судов на реке — это большие убытки для купцов, владельцев. А если при этом погибнут люди? И кто знает, вдруг это намеренная диверсия с целью внести хаос в работу порта?

Я признал логику виконта. Каждый устав пишется кровью. Это аксиома.

На пароме для удобства вдоль бортов были предусмотрены простенькие скамейки для сидения. Рокана широкая, пока доползешь до берега, уснуть можно. Да и негоже дворянам на ногах всю дорогу стоять. Виконт первым показал пример рационального использования времени. Он сел, надвинул на глаза шляпу и задремал под умиротворяющий плеск воды. Я примостился рядом и стал раздумывать, правильно ли поступаю, становясь наемником для охраны купеческих кораблей. Работенка рисковая, можно в любой момент с жизнью расстаться. С другой стороны, грамотный подход к делу окупится стократно.