Онлайн книга «Охота за тенями»
|
Насытив лезвия магической энергией, Борис ещё минуту держал в узде невидимые дрожащие нити, пока не отпустил. Что-то хрустнуло в воздухе, засвистело — это острые ножи полетели от лагеря в сторону нападавших. Поддав ускорение летящей магоформе, княжич рявкнул: — Всем лечь! Шавкат, переведи! Бухарец откуда-то из тёмного угла затараторил по-арабски. И только замолчал, как ухнуло, растеклось в воздухе треском рвущейся материи, кто-то завопил от страха и боли. Две человеческие фигуры, пригибаясь, бросились прочь от места засады, но тут же переломились как подрезанные, и рухнули вниз, слившись с землёй. На какое-то время интенсивная стрельба с того фланга прекратилась, зато с другой полетели гранаты, тонко завизжали чьи-то голоса. Несколько раз бахнуло, заложив уши. А потом что-то засвистело, да так противно, что многие побросали оружие, сжимая виски. Как называлась эта магоформа здесь, он не знал, но был с ней знаком. «Свирель» — гадкая штука, совмещающая ментальную атаку с магической воздушной техникой. Она воздействует не на слух, а выворачивает мозг, сводит с ума и на некоторое время дезориентирует противника. В воздухе раздались хлопки. Это сработали защитные амулеты охраны княжича, сглаживая негативное воздействие, а вот гвардейцам пришлось несладко. Можно сказать, на некоторое время они выбыли. Множество теней бросилось к развалинам. Борис, благодаря своему доспеху, минимизировал неприятные последствия «свирели» и шарахнул воздушной волной, без всяких изысков насыщая её песком, камнями и всяким мусором, скопившемся в заброшенном посёлке. И вся эта масса снесла бандитов. Снова захлопали разряжаемые амулеты, теперь уже со стороны нападавших. Кому-то удалось выжить под ударами, кого-то покалечило, но никто не добежал до лагеря. — Шавкат, живой? — весело спросил Борис, падая за вывалы глинобитных кирпичей. — Пока живой, — бухарец подполз к нему. — А что с таким пессимизмом? Сейчас вычислю их главную ударную силу… Борис никогда не был на войне, поэтому относился к происходящему как к какой-то дуэли, а не к реальному бою, где задержка на огневой позиции, вскрытой противником, грозит серьёзными последствиями. Он не знал, что человек, следящий за происходящим, первым вычислил местоположение мага, нанёсшего урон его отряду. Княжич не договорил. Сначала по нему прилетела чудовищной силы «кувалда», снёсшая доспех, а потом, в довесок — несколько огненных копий, просверливших остатки защиты. Разорвавшиеся в воздухе магемы ослепили его и отшвырнули как котёнка. Что случилось с Шавкатом, Борис не знал. Он тщетно пытался восстановить зрение, но с глазами происходило неладное: текли слёзы, световые вспышки продолжали ослеплять сетчатку, и вдобавок к этому Волынский не мог двигаться. Почему-то наступила тишина, на плечи навалилась жуткая тяжесть. Если бы Борис не упивался собственным всемогуществом (как ему казалось), он обратил бы внимание на вибрацию медальона, лежавшего в кармане. Возможно, догадался бы что-то предпринять, например, разбить его… Но ему оставалось лишь слепо шарить вокруг рукой, а потом услышать странно знакомый голос, принадлежащий пожилому человеку. И говорил он по-русски, но с жутким акцентом: — Всех живых связать, обыскать, оружие забрать. Юношу не трогать. Я сам с ним поговорю. |