Книга Путь воина, страница 156 – Валерий Гуминский

Уже на обратном пути Владимир осторожно спросил Никиту:

— Как думаешь, повлияет на дядю увиденное?

— Однозначно, повлияет, — задумчиво откликнулся волхв. — Только боюсь, совсем не так, как мы предполагали.

— Почему? — удивился молодой государь.

— Я сегодня продемонстрировал, на что способны демоны. И Всеслав Иванович оценил их потенциал. К сожалению, он сделает неправильные выводы из произошедшего.

— Не понимаю тебя….

— Теперь твой дядя еще больше захочет использовать тварей Инферно, чтобы добиться победы.

Владимир витиевато выругался, как будто всю жизнь проработал грузчиком на волжских причалах. Полковник Одоевский удивленно крякнул:

— Однако, государь! Знатно приложили!

— Надеюсь, ты ошибаешься, Никита, — голос Великого князя обрел твердость.

— Надеюсь, — не стал спорить волхв. — Всеслав не понимает, что между моими Слугами и вызванными из-за Врат тварями есть одна существенная разница. Я могу контролировать своих демонов, а твой родственник ничего не сможет сделать со злобной армией демонов, которые ошалеют от человеческой крови и устроят здесь филиал ада.

— В таком случае я сделаю так, что он не сможет воспользоваться этими тварями, — сжав зубы, откликнулся Владимир. — Клянусь, я сделаю это, пусть даже родичи отвернутся от меня.

«Гнездо», Явь-один, июнь 2016 года

— Дедушка Фархад! — взвизгнула Анора, увидев выходящего из представительского «Руссо-балта» сухопарого старика в светло-сером костюме, поддерживаемого с двух сторон тяжеловесными нукерами из личной охраны. Она вихрем пронеслась вниз по лестнице, едва не сбив копошившуюся внизу горничную, и ускорившись, пересекла гостиную, испугав томно развалившуюся на кушетке Варьку. Та стремглав бросилась под диван, задрав хвост трубой.

Никто даже и не понял, откуда взялся сгусток энергии в ярко-цветастом платье, чуть ли не с крыльца прыгнувший на шею старика.

— Дедушка! Милый! — вопила Анора, целуя морщинистые щеки оторопевшего от такого напора Главы клана Каримовых. Он беспомощно махнул рукой, призвав нукеров оставаться на месте. — Как же я рада тебя видеть!

Тамара с Дашей и Юлей на правах хозяек стояли чуть поодаль, ожидая, когда их приемная сестра выплеснет эмоции и радость от приезда родного человека. Привыкшая к своей новой семье, Анора иногда впадала в меланхолию, вспоминая милую махаллю, утопающую в густой зелени персиковых деревьев, жаркое солнце и звонкую песню ледяных арыков. И даже Семен не мог вывести ее из этого состояния, только разводил руки в бессилии. Рустам улыбался, похлопывая по спине коменданта особняка, и подсаживаясь к девушке, заводил с ней разговор на своем языке. О чем они говорил, Фадеев не понимал, вылавливая лишь отдельные слова, уже ему знакомые по общению с Анорой. Понятно, что речь шла о доме, родителях и о чем-то еще, что помогало молодой чародейке справиться с печалью.

А через полчаса такой душевной терапии ее звонкий голосок уже разносился по особняку, а слуги только и успевали провожать взглядом стройную фигурку, мечущуюся из комнаты в комнату.

— Выросла-то как! — старому Фархаду, наконец, удалось освободиться от весьма сильных объятий Аноры. Он не привык к таким эмоциональным порывам, будучи суровым человеком, и редко позволял самому себе проявлять чувства на людях. Исключение составляли внуки и правнуки, которые еще не вошли в пору взросления. Но Анора уже не девочка, в Бухаре она уже года два уже была бы замужем. Но здесь, в России, иные правила, поэтому Глава только смущенно улыбался. — Я тоже рад тебя видеть, внученька.