Книга Время воина, страница 22 – Валерий Гуминский

Через десять минут Маккартур, сохраняя невероятное спокойствие, прошел большую часть Гиссара и оказался на перекрестке возле шумливой Ханаки, откуда повернул налево, где планировал затеряться во фруктовых садах, высаженных вдоль реки. Ему могло помочь хаотичное расположение строений, вытянувшихся словно большая желто-серая кишка в виде одноэтажных домов, покрытых ржавым металлопрофилем.

Сзади зашуршали шины по гравийной дороге и сердито рыкнул мотор. Старенький зеленый «додж», закрытый брезентовым тентом, залихватски заваливаясь на два колеса, вывалился из-за угла и помчался следом за Маккартуром. Принадлежность внедорожника, откопанного на каком-то военном складе, невозможно было идентифицировать. Русские ли в нем сидели или местная безопасность — разницы теперь никакой. Машина следует явно за ним и догонит его через несколько ударов сердца. Не в Ханаку же прыгать! Во-первых, ледяная; во-вторых, очень бурная и каменистая. Снесет с ног, едва ли выберешься.

«Додж» взревел и стал нагонять идущего по берегу реки Маккартура. Сохраняя невероятное спокойствие, чтобы не отбросить дорожный баул и выхватить пистолет, Джеймс решил активировать свое умение «воздушника». Левая рука начала формировать ударный конструкт «пылевая буря», чтобы не слишком злить русских. Подобные чары могут только создать непреодолимые препятствия для преследователей, а Маккартур к этому времени скроется в садах. Ищи его потом по всему Гиссару, представлявшему собой огромный кишлак в современном обличье, где центр застраивался многоэтажными домами, а вокруг скопились несусветное старье середины двадцатого века, построенное как бог на душу положил.

Не оборачиваясь, британец ощутил за спиной приближающийся внедорожник. И развернувшись, выпустил конструкт из своей руки. Едва видимое чародейское плетение засверкало бледно-фиолетовыми всполохами и закружилось на месте, поднимая в воздух пыль и мелкие камешки. Созданная завеса набрала мощь и навелась опытной рукой на цель в виде многотонного автомобиля. Завихрившись, пылевая волна поднялась на три метра и уже готовилась обрушиться на вильнувший в сторону «додж» … И застыла, попавшая под контрплетение. Маккартур не стал терять время. Он отбросил ненужный теперь баул и рванул вдоль Ханаки. Где-то неподалеку должен быть мостик, перебежав который, можно затеряться в переплетениях улочек.

По ногам что-то больно ударило, обхватив жгучей петлей за лодыжки. Земля рванулась навстречу, отчего пришлось выставлять руки, чтобы не удариться лицом в гравийную дорогу. Ладони обожгло болью, содранная кожа сразу же неприятно засаднила. Сверху навалилось чье-то тяжелое тело, сопящее от усердия и остро пахнущее потом и специями, стало выворачивать руки.

Маккартур словно червь стал изворачиваться, чтобы стряхнуть с себя противника и даже умудрился нанести затылком удар, рискуя повредить себе голову, но ловкий и невидимый враг уклонился в сторону. Стало еще хуже. Запястья оказались в невероятно жестком захвате, что-то щелкнуло, и ледяная волна поднялась вверх. Мгновенно онемело все до плеч, пропало желание бороться. Ловкие руки ощупали его с ног до головы, изъяли «спитфайр» и несколько амулетов с магическими конструктами.

— Взяли Шотландца, господин капитан! — молодой голос радостно отрапортовал кому-то об успешной операции. Маккартур знал русский язык. «Шотландец» — такое имя присвоили ему контрразведчики Петербурга. Значит, вели его с самого начала, как он оказался в Гиссаре.