Книга Симбионт 3, страница 86 – Валерий Гуминский

— А я тебя другим представляла.

— Избалованным мажором, думающим только о себе?

— В какой-то мере… Но больше всего боялась, что ты распустишь слюни перед моим очарованием и начнёшь страдать. Обычно так бывает со всеми юношами, кто со мной знакомится.

— Обычно? — я подставил локоть. Поколебавшись, княжна обвила его рукой, и мы снова неторопливо двинулись к особняку. — Значит, были и такие, что не смущались прочных крепостных стен и пытались идти на приступ?

— Но таких оказалось меньшинство, — усмехнулась Наталья, глядя под ноги. Её сапожки с хрустом давили свежий снег, который, к сожалению, прекратился. — И все они проиграли.

Ага, не может красивая девушка без кокетства. Дескать, и тебе ничего не светит. Вообще. Мы птицы разного полёта. Ну, я и не спорю. Всё равно канцлер найдёт для своего сокровища подходящую партию.

— Спасибо за морковку, — сказал я, когда мы подошли к парадной лестницы. — Снеговик будет сегодня самым счастливым существом на свете.

— Рада, что мой подарок ему понравился, — усмехнулась княжна, аккуратно обстучав сапожки от снега. — И тебе спасибо… за прогулку.

Я довёл Наталью до двери, которую тут же распахнул один из телохранителей, умудрившийся опередить нас. Попрощавшись с девушкой, отошёл к парапету — захотелось побыть в одиночестве, созерцая заснеженную аллею — и задумался о превратностях судьбы, которая грозила забросить меня в столицу, куда я вообще не стремился. Кто сказал, что ничего просто так не случается? И не стала ли та летняя авария на дороге спусковым крючком к большим изменениям в моей жизни?

Наша встреча была неслучайной…

— Дружище, тормозни здесь, мне через парк будет быстрее до дома дойти, — попросил я Грека, сидевшего за рулём «Ауди». — Прогуляюсь, воздухом подышу.

— Да я не тороплюсь, могу до самого подъезда подбросить, — усмехнулся широченный в плечах боевой товарищ, на голом черепе которого то и дело отражались огни уличных реклам. — И охота на себе тяжёлую сумку тащить?

— Не впервой. Донесу — не помру.

— Ну, гляди сам, — Грек не стал меня уговаривать. Он вообще никогда больше двух раз не предлагал свои услуги. Кто его хорошо знал, сразу соглашался на помощь. А я действительно хотел побыть в одиночестве после полугода командировки в сирийском Эш-Шайрате, где наше спецподразделение вместе с бойцами правительственных войск проводили операции против «бармалеев», перекрывая им дороги в Дамаск или Хомс. Иногда приходилось десантироваться в пустынной местности, когда поступала оперативная информация о движущихся колоннах боевиков.

Немудрено, что жёлто-белые пески и раскалённое солнце на неподвижном небе уже поперёк горла стояли. Вот и захотелось пройти по старому парку, который примыкал к району, где жил я. Триста метров пешочком — ведь ерунда. Грек сбавил скорость и притормозил у тротуара. Пожав ему руку, я вышел из машины, открыл заднюю дверцу и вытащил свою сумку, набитую личными вещами. Ничего она не тяжёлая. Была бы там какая-нибудь трофейная базука или ручной пулемёт, тогда другой разговор. Да разве командование разрешит боевое оружие в личное пользование отдать? Шутка, конечно.

— Бывай, — я напоследок отсалютовал Греку и закрыл дверцу. «Ауди» фыркнула и покатилась по мокрому асфальту, в котором отражали городские огни домов и витрин магазинов. Вечером прошёл небольшой дождик, дышалось легко.