Книга Симбионт 3, страница 168 – Валерий Гуминский

— Мастер так называет механического манекена, в которого вложена определённая программа, — усмехнулся Григорий. — Очень дорогой тренажёр, не у каждого Рода он есть. На нём отрабатываются различные фехтовальные стили. Вот почему я хотел заменить тебя на дуэли. Мне-то знакомы все хитрости…

— С твоей стороны, княжич, это была бы совершеннейшая глупость, — не стесняясь, обрезал его Мастер. — Может, ты и чувствуешь себя прекрасно, но поверь: три года болезни обязательно преподнесли бы неприятный сюрприз в самый неподходящий момент. Я более чем уверен, что Михаил выступит гораздо лучше тебя. Ладно, молодёжь, пошли в зал. Хватит чаи распивать. Времени очень мало.

Только теперь я понял, что скрывается под тёмными чехлами. Три механических тренажёра скромно стояли в дальнем углу зала, и одного из них Бабич приказал принести и водрузить в самой середине.

— Вот этого берите и на руках тащите, — ткнул он пальцем, и Григорий сдёрнул с него чехол. — Даже не вздумайте елозить его по полу. Ручками-ручками.

«Голем» только в верхней его части был похож на обычный манекен: среднего роста, с двумя руками и головой. Точнее, даже не головой, а полусферой без лица, с какой-то овальной выемкой. Торс плавно переходит в ноги-тумбы, судя по их массивному виду, сделанные такими для устойчивости конструкции. «Голема» изготовили из какого-то композита, поглощавшего свет. В опущенных руках находились два тренировочных палаша. Цепкие пальцы обхватывали рукояти очень умело, как будто это чудо механики знало, как пользоваться оружием.

— Почему бы не приделать ему колёсики, — пыхтел я, держа это страшилище за пояс.

— Чтобы жизнь мёдом не казалась, — так же пыхтя, ответил княжич, придерживая манекена с другой стороны. — Вроде бы пластик, а почему такой тяжёлый?

— Будто ты ни разу его не таскал и не знаешь, из чего он сделан.

— Честно, не помню, — сконфуженно ответил Григорий. — Наверное, некоторые кусочки памяти стёрлись после рекуперации. Как Субботин, я помню только то, что мне передал княжич. Значит, это у него была проблема.

Мы поставили манекена на середине зала. Бабич обошёл его кругом, как будто проверяя целостность механизма. А потом вытащил из кармана спортивных штанов предмет, похожий на речной голыш, плоский и продолговатый.

— Это артефакт-ядро, — пояснил он и одним движением воткнул голыш в выемку, отчего голем сразу стал похож на одноглазого циклопа. — В него записаны сотни боевых стилей. Программа обновляется по мере появления новых, апробированных и рекомендованных к обучению стилей. Я поставлю для тебя «офицерский» уровень с дуэльным допуском. «Бой амбидекстеров». Порядок, — удовлетворённо проговорил Мастер, отходя в сторону, когда манекен покрутил головой, а артефакт замерцал тусклым серебром. — Михаил, бери свои сабли и готовься. Натягивай доспех, раскачивай Силу в клинках. Как только будешь готов, дай знать.

Он вместе с Григорием присел на скамеечку у дальней стены, а я, покручивая саблями, вышел на середину зала. Сталь, завязанная на магию Ока Ра, чутко откликнулась, ощутив токи Силы, исходящие от моего источника. Клинки завибрировали, начали покрываться розовыми бутонами. Меня, в первую очередь, волновала не яркая визуализация магических потоков, а то, смогу ли я удержать на определённом отрезке времени доспех. Ведь рядом со мной нет родового Алтаря, и энергию черпать придётся из своего ядра. По ощущениям, которые я испытывал во время прошлых тренировок с Бабичем, доспех не проседает довольно долго. Критический момент намечается спустя четверть часа. Значит, Скрипицына я должен победить в этом отрезке времени.