Книга Симбионт 2, страница 94 – Валерий Гуминский

— Следите за семьёй Дружининых, собирайте информацию по его союзникам. Думаю, в скором будущем она понадобится.

На следующее утро Басаврюк после завтрака дал команду своим сопровождающим готовить машину. Он решил слегка поменять свои планы. Юноша никуда не денется, даже если вздумает сегодня же уехать в Уральск. Всё равно судьбе угодно встретиться им если не в Оренбурге, то в другом месте.

— Ты узнал, где живут Оленёвы? — спросил Тимофей Рейнджера, сидевшего за рулём.

— На Полицмейстерской, неподалёку от Мариинской Рощи, — кивнул широкоскулый и очень загорелый мужчина лет тридцати пяти. С короткой стрижкой и в чёрных очках он выглядел внушительно, генерируя вокруг себя невидимое поле опасности.

— Езжай туда, — приказал Басаврюк и откинулся на спинку сиденья. Гуляй нисколько не мешал ему своими габаритами. Телохранитель едва не прижимался к правой дверце, чтобы эмиссару было комфортно сидеть.

Рейнджер кивнул и уверенно повёл машину по улицам, как будто заранее выяснил самый короткий маршрут. Впрочем, не зря же он вчера колесил по Оренбургу с навигатором. Было время узнать город.

Оленёвы жили в двухэтажном кирпичном особняке под крышей из старомодной черепицы. Басаврюк не торопился вылезать из машины, внимательно осматривая давно не знавший косметического (хотя бы) ремонта фасад дома, но территория вокруг него блистала чистотой и порядком. Хозяйственные постройки расположены так, что их не видно, если даже подойти к воротам. Аккуратные клумбы с цветущими поздними цветами, брусчатые дорожки, подстриженные кустарники — чувствовалась рука опытного садовника.

— Я пойду один, — наконец, сказал Басаврюк. — Не хочу, чтобы хозяева пугались вашего вида.

— Так для этого нас и приставили к вам, — хмыкнул Узбек, работая мощными челюстями, пережёвывая ароматную жвачку. — Чтобы боялись и вели себя прилично.

— Не тот случай, — секретарь вылез из машины, не дожидаясь, когда ему кто-то из сопровождающих откроет дверцу. Не тот уровень важности, и Басаврюк отчётливо понимал, что телохранители к нему относятся, как к обычной обслуге, которую вынуждены сопровождать по приказу хозяина. Тем не менее, Узбек оказался рядом, когда Басаврюк уже дошёл до ворот.

Он утопил кнопку звонка на панели домофона. В динамике что-то хрюкнуло, потом мужской голос коротко спросил:

— Кто?

— Я бы хотел поговорить с Василием Алексеевичем, — неторопливо пояснил Басаврюк. — Моя фамилия Галкин, Тимофей Матвеевич. Я старший секретарь канцлера Шуйского. У меня есть вопросы по пропавшему Бориславу Оленёву.

— Извольте подождать пару минут, сударь, — голос говорившего мгновенно изменился. — Мне нужно выяснить…

Басаврюк усмехнулся, посмотрел на флегматичного Узбека, продолжавшего работать челюстями, а потом ради интереса взглянул на часы. Уложится ли слуга в отведённое им самим время?

Удивительное дело, через две минуты что-то глухо щёлкнуло в запорном механизме, и калитка отошла в сторону. Басаврюк со свойственной ему неспешностью прошёл по дорожке к дому, не забывая поглядывать по сторонам. Всё тихо, спокойно, где-то за углом слышится постукивание молотка по железу.

Он поднялся по лестнице, дверь тут же распахнулась. Слуга в тёмном костюме на всякий случай склонил голову. Мало ли, в какой должности пребывает секретарь самого канцлера! Дворяне не гнушаются служить на подобных должностях. Если у императора в адъютантах ходит целый князь, то какие могут быть сомнения?