Книга Симбионт 2, страница 194 – Валерий Гуминский

— Да так и будет, — вздохнул Прокл и положил на кусок хлеба тонкий пласт буженины. — Канцлер никогда не забывает обид. А учитывая его неограниченные возможности, на нас направят всю бюрократическую машину государства. Причину найдут. Если отобьёмся, начнётся война.

— Разве не для этого ты со своими партнёрами создал проект «Ангел»? — я понял, что вопрос с передачей симбионта Шуйскому решён, и теперь предстояло уговорить меня.

— Проект нужен для защиты от конкурентов, но не для войны с имперской армией, — поморщился отец.

— И ты предлагаешь мне совершить обмен: симбионта на лояльность Шуйского? — я начал наливаться злостью. Папаша мог бы сделать вид, что поддерживает меня!

— Только в случае абсолютных гарантий, — кажется, отец понял, что перегнул палку. — Иначе я тебя не отпущу в Москву.

— Ну, хоть какая-то ясность, — остывая, пробурчал я и ополовинил стакан с морсом.

— Михаил, тебе не стоит обвинять отца, — покачал головой Ильхан. — Мы обсудили множество вариантов, которые устроили бы обе стороны. Но какой в них толк, если неизвестна позиция Шуйского. Это лишь первый шаг. Сегодня вечером Александр Егорович встречается с Басаврюком, чтобы дать ответ на предложение. Нам нужно выслушать твою позицию.

— Нашу позицию, — исправил я Ильхана. — Субботин, как бы, тоже заинтересованная сторона. А что, если Шуйские захотят использовать его в неблаговидных делах? А что, если его направят на нас же, чтобы заполучить родовое Око Ра? Не зря слухи ходят о желании канцлера уничтожить все Алтари новых дворян, вернуть влияние аристократии…

— Если князь Шуйский начнёт вырезать промышленников, куда скатится Россия? — проворчал чародей. — Аристократы никогда не были становым хребтом Империи. Всю тяжесть тащили на себе крестьяне, купцы, трудовой люд. А эта белая кость только по балам разъезжала, да калечила друг друга на магических поединках.

— Опасные разговоры ведёшь, Марк Ефимович, — помрачнел Прокл.

— Прошу прощения, разволновался, — Кузнич тоже налил себе морса из кувшина. — Я переживаю за Мишу, и понимаю его

— После того, что сделал Горыня, мальчику страшно соглашаться на новый ритуал.

— Это всё пустые разговоры, — отрезал отец. — Давайте по делу. Михаил, ваше решение? Не поверю, что ты не обсуждал проблему с майором Субботиным.

— Он согласен стать частью княжича Григория, — вздохнув, ответил я. — Но переживает, что канцлер захочет использовать его в каких-то своих тёмных делишках. Да хотя бы в уничтожении дворянских семей и захвате Алтарей. Шуйский же не знает, что Субботин — не демоническая сущность, а обычный человек. Иначе бы Басаврюк намекнул на это.

— В таком случае придётся рискнуть, — развёл руками Прокл. — Если майор получит доступ к телу Григория, он может стать нашим агентом в стане врага. А Шуйский враг, мы это все понимаем.

«Вона как, — усмехнулся Субботин, внимательно слушавший разговор, в котором решалось его будущее. — Так-то хитро, аплодирую».

Я передал слова майора, и начальник службы безопасности заулыбался, словно получил похвалу от самого хозяина.

— Хорошо, с этим разобрались, — кивнул отец. — Михаил на добровольной основе отказывается от симбионта. Далее… какие гарантии мы потребуем от канцлера? Честно сказать, голову уже сломал. Любая из них может быть нарушена, увы. Князь Шуйский действительно умеет выкручивать ситуацию в ту сторону, которая выгодна только ему.