Книга Симбионт 2, страница 169 – Валерий Гуминский

«Значит, в вашем мире она не существовала, а если и была, то сто с лишним лет назад писала детективы. Вряд ли помнишь».

Я ничего не ответил.

— Только бы не раскурочили мне «Ласточку», — между тем перекрестился капитан.

— Не бойся, отец, — не совсем уверенно ответил старший Шарипов. — Не будем же здесь гранатами кидаться…

— Вы мне, ироды, своими бомбами и пулемётами все палубные надстройки поломали! — завёлся Ларион Фёдорович, не совсем справедливо обвиняя нас в тотальном варварстве. Разве что капитанскую рубку разворотили, да и то не критично.

Я машинально поглядел на небо. Уже совсем рассвело, и солнце своим краешком появилось из-за горизонта. Валёк до сих пор не позвонил. Добрался ли до общежития? Томительно на душе, волнуюсь за него.

— Что-то долго, — заволновался Арсен, тоже с тревогой кидая взгляд на светлеющее небо. — И не слышно ничего.

— Палуба! Приём! — тут же пшикнула рация.

— Есть палуба! — откликнулся Алдияр.

— У нас лёгкий. Машинное зачищено. Сделали ещё минус два. Давайте капитана сюда, и «диверсанта» не забудьте.

Это он на Луизу намекает.

— Ну что, наша очередь, Михаил? — девушка вытащила из-под куртки пистолет. — Уважаемые, давайте, ведите нас в машинное отделение. И инструменты захватите.

— Пашка, сгоняй в кладовую, там брезентовая сумка слева от двери висит, — распорядился капитан. — И сразу дуй в машинное.

Матросик кивнул и рванул в тёмный зев надстройки. Никто за ним не пошёл. И так ясно, что экипаж не собирается строить нам пакости. Сами подневольные. Капитан кивнул, приглашая нас идти за ним. Мы спустились по металлическому трапу вниз, прошли по узкому коридору, по обеим сторонам которого находились распахнутые настежь двери. Судя по кроватям, мебели, уютным безделушкам — это были каюты экипажа. «Тройка» уже здесь прошлась, поэтому и не стала закрывать двери, давая остальным знак «безопасно».

Возле металлической полуовальной двери мы встретили Пашку с висящей на плече сумкой, в которой что-то позвякивало. Он почему-то робел зайти внутрь и дожидался нас.

Раненым оказался Кукарача. Парень сидел на полу, привалившись к какому-то агрегату с кнопками и рычажками, на правой ноге пониже колена белела повязка, наложенная поверх штанины.

— Икру пробило насквозь, — оскалился в улыбке Кукарача, увидев усмешку на губах девушки. — Ходить могу.

— Герой, умудрился пулю поймать от какого-то абрека, — обронила она, проходя мимо к стоящим неподалёку Скауту и Пузу.

— Это ему просто повезло! — оправдывался уже в её спину непутёвый Кукарача.

— Ну что, Ларион Фёдорович, где эта труба? — нетерпеливо спросил старший «тройки». — В темпе, в темпе, дорогой! Эта тварь сейчас начнёт заложников убивать!

Капитан кивнул и поманил за собой Пашку. Мы тоже присоединились к ним, чтобы убедиться, насколько большой диаметр трубы, и сможем ли вдвоем пролезть по ней.

— Вот она, труба осушительной системы, — сказал Ларион Фёдорович, хлопая по маслянисто блестевшей поверхности металла. — Пашка, я сейчас перекрою клапаны, а ты отсоединяй трубу от насоса.

И работа закипела. Матросик шустро крутил накидным ключом болты, но некоторые из них прикипели, приходилось использовать полую трубку в качестве рычага. Понимая, что время неумолимо тикает, приближая гибель кого-то из своих друзей, Пашка не думал останавливаться, только на секунду, чтобы вытереть пот со лба.