Книга Симбионт, страница 138 – Валерий Гуминский

— Два — один, — бесстрастно произнёс Варяг.

Небольшая пауза не пошла на пользу Косте. Я тут же подловил на хитром приёме соперника и обозначил удар клинком в плечо.

— Два — два, — ожил Мастер.

Тело под контролем Субботина становится невероятно пластичным и подвижным. Я ощущаю лёгкость и невероятную прозорливость, которая позволяет мне предугадывать направление ударов Кости. И с того момента, как счёт сравнялся, он ни разу не смог достать меня. Это был уже не просто бой ученика с матёрым волком, а танец равных. Резкие взмахи, короткие тычки, парирование, переход в следующую фазу, перемена позиций — всё происходит под гробовое молчание в зале. Даже Варяг загляделся, не торопясь давать отмашку для окончания спарринга. Пришлось «самому» брать инициативу в руки. Пара отвлекающих движений, резкий переход за спину — Костя чувствует неладное и успевает сгруппироваться, но чёрная полоска ножа чиркает его по шее, «перерезая» вену.

— Стоп! — Варяг вытирает пот с лица, как будто сам только что участвовал в спарринге. — Победил Михаил.

Зрение на мгновение теряет фокусировку, пелена проходит быстро, и я снова ощущаю самого себя, страстно желающего вернуть невероятное чувство силы и новых способностей.

«Не увлекайся, — предупредил майор, почувствовав, как меня трясёт от избытка адреналина и каких-то других биохимических процессов в организме. — Иначе потеряешь контроль надо мной. Я и сам-то ещё не знаю, на что способен. Вдруг случайно перехвачу тело и отодвину тебя в сторону. А мне не хочется тебе причинять зла».

«Спасибо», — в очередной раз только и смог ответить я, потому что Варяг хватает меня за шкирку, как нашкодившего кота, и тянет в подсобку.

Бросив меня в продавленное старое кресло, которое почему-то никто не выкидывал на свалку, он сам запрыгнул на стол, упёрся в него руками и несколько секунд изучал, как вошь на гребешке.

— Что это было, Михаил? — ожидаемо спросил он. — Как из увальня вдруг вылупился профессиональный боец? Подскажи секрет, пожалуйста. Я эту методику применю к нашим парням. А то месяцами гоняешь их, гоняешь — и никакого толку.

— Для охраны важно умение владеть огнестрелом, — я пожал плечами. — Они это понимают, поэтому и относятся к занятиям с холодным оружием с ленцой.

— И всё же? — Антипова не так легко сбить с толку. — Может, ты применил ментальную технику для освоения не дающихся тебе приёмов? Мы же оба знаем, что модификация тела возможна только при рекуперации, а ведь её… не было.

— Лёня, не играй с огнём, — я качаю головой. — Об этом знает только семья.

— И все обитатели особняка Дружининых, — Варяг расслабился. — Мне плевать, если честно, на ваши скелеты в шкафу. Александр Егорович дал мне столько хорошего, что предать его — это как себе в голову выстрелить из девятого калибра.

— Выстрел в голову из любого калибра критичен, — пытаюсь строить из себя умника, но удаётся плохо. Мастер сверлит меня взглядом, требуя ответа. — Да, это ментальные техники под гипнозом.

— Врёшь, стервец, — тут же парирует Антипов. — Нет такой техники вне рекуперации. В тебе чужая сущность? Мне-то можешь сказать?

— На эту тему я не готов разговаривать с посторонними людьми, — твёрдо отвечаю я. — Только после одобрения отца.

— Я для тебя посторонний, значит? — кажется, Мастер обиделся и расстроился одновременно. Спрыгнув со стола, он пошёл к двери, но остановился. — Ладно, это твоё решение. Только знай, что Александр Егорович приказал мне следить за всеми странностями, которые ты будешь демонстрировать. И я обязан ему докладывать, если таковые замечу. Не обессудь.