Книга Герои чужой войны, страница 175 – Валерий Гуминский

— Вот что мне не нравится в вас, hai^[30], так эти ваши хитрости, — орк, наконец, слез с моей ноги и зашагал обратно, — сами себя норовите обмануть. Смотри, Клык, доиграешься. Мне говорили, что ты ищешь в этих развалинах древние вещи. Durub burzum^[31] по ночам не приходит, животы твоим людям не вспарывает?

— Веришь в эти сказки выживших из ума стариков? — скривился Клык. — У меня пока все живы.

— Я бы так не говорил, — покачал головой орк. — Впрочем, смотри сам, не привлеки его внимание.

Предводители оставили меня одного, продолжив разговор уже в соседней комнате. Напряжение между ними исчезло, и сейчас они были похожи на двух закадычных друзей. Как только орки ушли, меня освободили от цепи и погнали на улицу. В этот раз Клык сам решил идти со мной, чтобы посмотреть, как действует амулет. Кажется, он так и не понял со слов Чирка принцип действия Анара, и подозревал махинации. Все-таки «Волки» и наемники создали коалицию не от хорошей жизни, и в любой момент ждали друг от друга подлянки. С Клыком пошел Трескун и еще один мужик, выглядевший поматерей щенков, возивших меня вчера по полу. У мужика не хватало трех пальцев на левой руке, багровый шрам пересекал горло, да еще прихрамывал на одну ногу. Неужели Клык всерьез надеялся на этого инвалида, случись заварушка? А сколько вообще здесь людей? С этим помеченным уже шесть человек, если я правильно посчитал. Вероятно, меняются друг с другом. Одна часть шарится по развалинам, другая охраняет свое убежище.

Клык для выхода обзавелся моим пистолетом, и расставаться с ним, кажется, совсем не собирался. Обе моих гранаты он с собой не взял. Или не понял, что с ними делать, или поступил мудрее. Спрятал до поры до времени, чтобы разобраться в технологии. Мужик со шрамом был в колете, без всякой брони, словно считал себя заговоренным. На широком поясе висел меч, а за спиной торчала рукоятка еще одного клинка, только покороче. А Трескун упаковался по полной программе, справедливо боясь стрелы или коварного удара мечом. Слова орка его, кажется, не впечатлили. Поверх одежды он нацепил кольчужную рубашку, а в руках сжимал меч. Я шел посреди этой компании, поглядывая на амулет Анара. Хитрый артефакт сегодня не стремился открыть новые Калитки, и я на полном серьезе поблагодарил его за это. Кто знает, как поведут себя бандиты, случись факт обнаружения перехода.

Мы не торопясь обходили одну улицу за другой, заглядывали в развалины, в которых, как думал Клык, могли быть переходы. И как же я вздыхал с облегчением, когда голован ошибался.

— Не вышло сейчас — выйдет потом, — не унывал Клык, хлопая меня по плечу каждый раз, когда мы вылезали из каменных завалов, перепачканные землей, меловой пылью и еще какой-то непонятной зеленой гадостью. То ли это был мох, то ли слизь, похожая на мох, но она облюбовала внутренние стены построек и пышно цвела в тенистых местах, издавая тонкий неприятный запах.

— Ты же видишь — не действует амулет, — развел я руками, демонстрируя полную растерянность.

— Где ты в последний раз ходил с Чирком? — задумался Клык.

— Откуда же мне помнить? — я пожал плечами. — Я не умею ориентироваться в разваленном городе. Здесь все на одно лицо.

Мы остановились посредине улицы, забравшись в тень от большого и раскидистого дуба, чтобы солнце не так сильно допекало нас своими жаркими лучами. С засохшей гадостью на одежде это было еще то мучение. Воняло нестерпимо. В основном, от меня и от Трескуна, который по приказу Клыка не отставал ни на шаг и контролировал все мои действия.