Книга Принцип равновесия, страница 53 – Валерий Гуминский

Примечание:

[1] Гравелинское сражение — морское сражение, состоявшееся 27 июля (8 августа) 1588 года между английским и испанским флотами к северу от Гравелина. Автор решил оставить это событие в АИ.

Признаюсь, появившийся в моём кабинете человек с кожей, которую как будто недавно нарастили, натянули на лицо и выбелили, сначала вызвал оторопь, но я быстро привык к необычному посетителю. Подумаешь, магическим путём восстановленная кожа. Есть чудеса покруче. Вот, например, рыжая Лора. Её трансформация из человека в волколака кого угодно ужаснёт. Но я это видел, остался жив, и даже смог «приручить» девицу, заставил служить на благо своей семьи. А лаборатории химерологов? Это отдельная песня. Так что «альбинос» не из той категории людей, которых нужно сторониться и показывать своё «фи». Нормальный мужик, на первый взгляд, спокойно ждёт, когда я дочитаю рекомендательное письмо от профессора Яворского. Сразу позвонил Лапочкиной (чтобы не терять время на «прийти-выслушать-уйти») и попросил её очень быстро найти информацию по этому человеку.

Письмо крайне занимательное. Особенно в том плане, что некоторые детали произошедшего с Савиным прямо указывали на одно событие, произошедшее совсем неподалёку от нашего посёлка. Пока я знакомился с рекомендацией, ответила Ирина. Она быстро нашла нужную информацию и обнадёжила меня. Профессор Яворский действительно существует, очень уважаемый человек, высококлассный Целитель.

— Илья Викторович, этого письма недостаточно, — сказал я, откладывая в сторону листки, заполненные аккуратным почерком. — У меня очень высокие требования к человеку, который будет вести хозяйство. Брать вас на службу без понимания вашего профессионализма, увы, рискованное дело. То, что вы пережили, ужасно, без сомнения, но… Позвольте задать вам вопрос.

— Да, конечно, господин Колояр, — не выдавая своего разочарования, кивнул Савин.

— Профессор Яворский в письме утверждает, что вы работали управляющим у князя Пронского. А вы сами разве не помните?

— Вспомнил недавно, — вот тут мужчина с белым лицом слегка смутился. — В этом-то и вся проблема. Первым делом я попытался устроиться на работу к людям, которые были очень хорошо знакомы с Константином Юрьевичем. Но никто не захотел иметь дело с человеком, выжившим после пожара. Полагаю, дело не во мне, а в самом князе. Никто не хочет себя компрометировать связью с Пронскими. Даже с управляющим, которого вряд ли допустили бы до тайн Рода.

— Ну, не знаю, — хмыкнул я. — Некоторые управляющие — просто кладезь информации.

У Савина дрогнули губы.

— Как же с вами поступить? — я задумчиво выбил пальцами дробь по крышке столе. — Если произошедшее с Пронскими — не случайность, а злонамеренный акт насилия, то выживший свидетель рано или поздно привлечёт внимание тех, кто избавился от древнего Рода. Не хотелось бы за чужие грехи тумаки получать. У вас есть что скрывать от меня, Илья Викторович?

— Есть одно обстоятельство, — пересиливая себя, произнёс Савин. У меня сложилось такое впечатление, что он прислушивался к чьему-то голосу. Настолько внимательным стал его взгляд, которым он будто пытался заглянуть в собственную душу. — Прошу прощения за вопрос: вы имеете представление, кто такие Пронские?

— Кое-что выяснил, когда узнал о произошедшем, — не стал скрывать я. — Пронские — потомственные Архивариусы. Весьма впечатляющий Дар, и довольно опасный.