Книга Принцип равновесия, страница 197 – Валерий Гуминский

Для связи с посредником у Владимира Андреевича был обычный телефон с функцией звонков и сообщений. Простенький до безобразия, такой даже простолюдин постесняется купить. Но именно его Измайлов держал в сейфе, не боясь, что тот разрядится. В нём находился артефакт подзарядки, снимавший все вопросы по эксплуатации телефона. Проще говоря, можно было забыть об аппарате на год и не бояться, что он перестанет работать.

Вытащив из сейфа невзрачный телефон с маленьким экраном, Измайлов нашёл в контактах (их было не так много, всего с десяток) нужный номер и нажал на вызов. Заиграла музыка. Это плохо. Не хотелось бы диктовать сообщение на автоответчик. Но через несколько секунд ожидания раздался щелчок и послышался мужской голос, глухой, как из бочки:

— Слушаю!

— Нужно встретиться, — не называя ни себя, ни собеседника по имени, проговорил Измайлов. Они прекрасно знали друг друга.

— Где и когда?

Услышав ответ, тот промолчал, оценивая, удобно ли ему это время, а потом коротко произнёс:

— Буду, — и сбросил вызов.

Измайлов вернул телефон обратно в сейф, закрыл его и прошёлся по кабинету, обдумывая ситуацию. Так ли необходимо решать вопрос с Волоцким? Он ведь за эти годы не предпринимал никаких попыток продолжить свои поиски. Да и зачем, спрашивается? Жена жива, второй обзавёлся, ребёнок есть. Из той информации, которая крутится в кулуарах императорского дворца, можно было вычленить только разрозненные данные. А они говорили об одном: Первородный занят семьёй и никуда не суёт нос. Будь иначе, Измайлов бы уже знал. Не имея доступа к Палате Внутреннего Контроля, он, тем не менее, получал некоторые сведения от своего «крота». Например, что Елизаров дал команду Залесскому установить слежку за усадьбой Волоцкого, которая неожиданно прекратилась после какого-то инцидента с сотрудниками. Создавалось впечатление, что Матвей Александрович знает куда больше о Колояре, и его совершенно не волнует, чем Волоцкий занимается.

Но Владимир Андреевич был из тех людей, что не любят оставлять незавершённых дел. И у него зрела уверенность, что Первородный ничего на забыл и обязательно вернётся к расследованию. Значит, эту ниточку нужно рвать безжалостно и бесповоротно. Связь с химерологами Измайловым в обществе не простят. Император тем более постарается дистанцироваться от верного слуги, хотя именно от него исходил приказ «зачистить» княжну Щербатову. Так всегда бывает. Даёшь клятву сюзерену — будь добр выполнять приказы, даже в ущерб себе.

На встречу с посредником Измайлов поехал с двумя телохранителями, не забыв обвешаться амулетами на разные случаи жизни. Не боялся, но осторожность не помешает. Доехав до Котельнической набережной, где по случаю очень тёплого дня все кафешки были заняты праздношатающимися людьми, он вместе с охраной прошёлся вдоль парапета и вышел к затерявшемуся за густо растущими кустарниками павильону. Посетителей и здесь хватало, но хотя бы хозяин распорядился вытащить на улицу несколько столиков, спрятав их под зонты.

Посредника он разглядел как раз под одним из них, и тут же уверенно направился к нему. Седоволосый не по возрасту мужчина попивал кофе и дымил сигарой, задумчиво глядя куда-то поверх деревьев. Казалось, он полностью ушёл в медитацию, отключившись от действительности. Но как только Измайлов сел напротив него, тут же очнулся, положил сигару в пепельницу.