Книга Вик Разрушитель 12, страница 176 – Валерий Гуминский

— Вчера был у них, хорошо посидели. Получили благословение.

— Когда помолвка? — улыбнулся князь.

— В сентябре. Дату пока не определили, цесаревич сам с тобой свяжется. А вот ты и мама мне будете нужны для организации помолвки.

— Обязательно приедем, это даже не обсуждается. Может, кого из братьев возьмём.

— Да пусть все приезжают, хотя бы на два-три дня. Проведём помолвку, да и вернутся назад.

— Поглядим, — не стал заранее соглашаться отец. — Ты лучше расскажи, что там за история со «Скандинавским экспрессом». На вас было нападение?

— Было. Отбились, — попытался кратко ответить я, но не получилось.

— Давай-ка поподробнее, сын, — строго взглянул на меня отец и даже пальцем по столу постучал. — Матери не расскажу, незачем ей переживать. В новостях очень неохотно этот случай осветили. А если официальные СМИ не проявляют энтузиазма и не захлёбываются в припадке радости от освещения события — значит, не всё в порядке.

— Астрид называет это «паттернами», — я рассмеялся. — Умеешь ты по косвенным признакам определять проблему.

— Я, сынка, жизнь прожил такую, что эти фокусы для меня — детская забава. Никто из делегации не пострадал?

— Делегация вернулась в Россию по морю. Харальд отправил Великую княжну и свиту на военном корабле. Я со своими людьми поехал на «Экспрессе». Под охраной королевских гвардейцев.

— Опять Мстиславские какую-то хитрость с тобой затеяли? — нахмурился отец. Значит, цесаревич ему ничего не рассказал после всего произошедшего. Почему — не знаю. Я был согласен с позицией императора и цесаревича, что нельзя допустить ни малейшей утечки информации о готовящейся операции. Но теперь, когда «Корсарам» нанесли чувствительную оплеуху, можно и раскрыть детали. Ох, чувствую, подобная скрытность доверия между отцом и наследником не прибавит.

Мне никто не запрещал общаться с отцом на эту тему, поэтому, тяжело вздохнув, кратко рассказал, что именно замыслили Харальд и наш император. Но добавил, что изначально идея возвращаться на поезде принадлежала мне. А уж потом оба правителя быстренько подкорректировали план операции. Когда я закончил говорить, князь Мамонов опасно долго молчал, налившись злостью. Но вдруг лицо его дрогнуло, расслабилось.

— Наверное, они правы, — сделал неожиданный для меня вывод отец и добавил: — Как правители государств, борющихся со всякой нечистью. Но как будущие родственники поступили некрасиво, не предупредив человека, который является твоим родителем. Не переживай, сын. Я не стану предъявлять им претензии. Мне интересно, хватит ли им смелости признаться в своих подковёрных играх, где ты выступаешь в качестве разменной монеты.

— Насчёт «разменной монеты» ты не прав, — усмехнулся я. — Скорее, таран. Тяжёлый такой, выбивающий любые двери. Они поверили в мои сверхспособности гораздо раньше меня самого, вот и стараются наперегонки использовать в любой заварушке.

— Я и говорю, что надо держать ушки на макушке, — ещё раз предупредил отец. — Когда каждая из твоих жён подарит тебе по парочке детишек, услуги первого Антимага могут обесцениться.

— Думаешь, они всерьёз рассчитывают на закрепление анти-Дара в моих детях?

— У меня давно мысль в голове крутится, — признался князь Мамонов. — А если не сами дети, а их кровь? Если она попадёт в тайные лаборатории Харальда или Мстиславских, с ней могут делать, что угодно: создавать некую сыворотку, которую потом можно вводить в кровь подопытных бойцов, или ещё страшнее — на её основе создавать генетических двойников…