Книга Дорога в грядущее, страница 7 – Валерий Гуминский

Приняв молчание Никиты за правоту своих слов, граф кивнул.

— Поздравляю, Князь. У тебя получилось удивить старого прожжённого циника.

— Чем же?

— Тем, что сумел каким-образом наградить своего отпрыска таким уникальным Даром.

— Но это же стечение обстоятельств, не более, — рассмеялся Никита, отгоняя наиболее нахальных голубей, подобравшихся к его ноге.

— Я знаю. По линии Меньшиковых и Суворовых прорицателей не было никогда, — заявил Сумароков. — Линию твоих предков я тоже изрядно прошерстил. Понимаешь, Никита… Такой Дар не появляется на пустом месте. Должна быть преемственность. Пусть даже через два-три поколения, а то и пять, но она обязательно должна просматриваться. Родовая кровь становится сильнее из века в век, она копит информацию, создаёт предпосылки для появления сильнейшего даровитого. Кто-то по линии Назаровых был хотя бы Ведуном, и не первым в Роду.

— В ваших рассуждениях закралась ошибка, Святослав Бориславич, — Никита вовсе не хотел обижать собеседника, ведь ему самому было интересно, куда приведут размышления графа. — Неужели забыли, кто мой отец? Род Анциферовых тоже надо проверить.

— Ах я старый дурак! — хлопнул себя по лбу граф. — Конечно же, как можно было запамятовать! А точно Анциферовы?

— Точнее некуда. Михаил Фёдорович живёт в Абхазии, в Цабале. У него семья, дети. Если у вас появится желание, можете с ним поговорить. Правда, ехать придётся в горы. Сам он вряд ли в Россию захочет возвращаться.

— Хорошо, я этот момент запомнил. Как только разберёмся с самой главной угрозой — съезжу, — Сумароков разбросал остатки зёрен, смял кулёк и бросил его в стоящую рядом со скамейкой урну. — Теперь вернёмся к теракту. Я пока ничего императору говорить не стану. Недостаточно фактуры. А вот графу Возницыну обязательно донесу эту мысль. Будем вместе думать. У Главы ИСБ хватит полномочий и возможностей организовать многоступенчатую охрану. Надеюсь, поймаем исполнителей на дальних подходах.

— А как вы объясните появление столь серьёзной информации?

— Князь, я же руковожу такой службой, которая опирается на зарубежную агентуру, — Сумароков улыбнулся с видом доброго дядюшки. — Фёдор Ильич тем и хорош, что реагирует на каждую новость, не пропускает даже самую бредовую. У него аналитический отдел сильный, даже завидую. Кстати, он как-то в разговоре со мной обронил мысль, что рано или поздно иностранные разведки разыграют карту смены престолонаследника. Уже тогда Возницын чувствовал нехорошие брожения вокруг трона.

— И кого он подозревал?

— Князя Балахнина. Алексей Изотович своими прогрессивными взглядами сам привлёк внимание ИСБ. А в последнее время он вообще пропал с горизонта. Тоже подозрительно.

— Нет, князь чист, — уверенно ответил Никита. — У него другие дела появились, научно-прикладного характера, если так можно сказать. Я даже соскучился по его неуёмной энергии.

— Неужели Балахнин разочаровался в своей идее? — усмехнулся Святослав Бориславич.

— Вы о Кормчем?

— О нём, конечно же. Удивительно, насколько англизированный русский князь пытается создать инструмент, позволяющий выдерживать равновесие в сословном обществе. Это сейчас аристократы присмирели, насытились. Нет такой жажды урвать кусок у своего соседа или развязать войну ради ресурсов. А вот молодая поросль совершенно иная, она имеет перед глазами опыт великих противостояний, кровавых дележей чужого имущества, и боюсь, применит его однажды.