Книга Дорога в грядущее, страница 37 – Валерий Гуминский

— Сама Катаржи что-нибудь о тайных сношениях Великого князя Михаила с английской агентурой докладывала?

— Никак нет, — с сожалением откликнулся Житин. — Как я вам уже говорил, Ваше Величество, в особняке, который Его Высочество Великий князь Михаил Михайлович использует для встреч с Виорикой, находятся наши люди. Одна из горничных внедрена в штат обслуги. Ей даны рекомендации действовать по собственному усмотрению, если ситуация потребует решительных действий.

— То есть, Михаил так и не воспользовался портальным маячком?

— Тут два варианта, Ваше Величество, — Житин достал из кармана платок и промокнул лоснящийся лоб. Вроде бы не жарко в кабинете, а старый вояка испытывает дискомфорт. — Будучи человеком далеко не наивным, и с осторожностью относящимся ко всему неясному, смею предположить, что контакты Великого князя Михаила имели место, и госпожа Катаржи об этом узнала. Девушку могли запугать — это раз. Она могла сознательно утаить появление барона Тэлбойса — это два.

— Почему вы так настаиваете на кандидатуре Тэлбойса, курирующего операцию? — поинтересовался с лёгкой раздражительностью цесаревич Владислав. — Ошибка может дорого нам всем обойтись.

— Я имею все основания так говорить, — не смутился Житин. — Допросы баронессы Сегрейв, Матео Висконти и повторные в отношении агента Маккартура показывают, что именно Тэлбойс чаще всего фигурировал в их ответах. Если одного человека слишком много на «русском» направлении, уже можно делать кое-какие выводы.

— Вывод здесь напрашивается простой, — проворчал Константин Михайлович. — Наш брат что-то мутит, но мы не можем понять, решился он на какое-то действие, или мы ошибочно считаем его изменником. Получается совсем неприглядная картина. Наша контрразведка через него кормит дезой англичан, а в ответ — странная тишина. Такого не может быть. Какие-то детали происходящего должны к нам просачиваться! Или я не прав, Самуил Петрович?

— Правы, Ваше Высочество, — с долей унылости в голосе откликнулся Житин.

— Так что делать? — воскликнул, не выдержав, Владислав. — Ожидать удара всю жизнь, находиться в стрессовой ситуации?

— Таков удел монарха, — посмотрел на него Александр. — Умей абстрагироваться от происходящего, верши дела на благо Империи. Вокруг тебя люди, работающие на общую безопасность, не так ли, Фёдор Ильич?

Граф Возницын согласно склонил голову:

— Сверх своих сил, Ваше Величество!

— Так мы ни к чему не придём, — решительно прихлопнул ладонями по столу Константин Михайлович. — До сих пор у нас только одни домыслы. Пора определяться со стратегией. У кого какие мнения?

— Разрешите, Ваше Величество? — Сумароков, до этого лишь слушавший дебаты, поднялся, опустив руки вдоль бёдер. — Есть одна идея, которая разрешит все сомнения.

Александр показал знаком, что слушает его.

— Предлагаю сыграть на живца! — бодро заявил граф. — И этим живцом станет всё семейство Меньшиковых.

— Думайте, что говорите, Святослав Бориславич! — взвился с места, как ужаленный, цесаревич. — Как это возможно?

— Погоди, сын, — остановил его порыв старший Меньшиков. — Выслушаем сначала, а возмущаться потом станешь, если на то будут причины. Излагайте, граф.

— По традиции семейство Меньшиковых каждое лето выезжает в Крым на отдых, — спокойно глядя в глаза императора, тщательно проговорил Сумароков. — Если в этом году туда по какому-то подходящему поводу съедутся все самые близкие родственники, претендующие на трон, и аккуратно слить информацию через дипломатические каналы, то мы имеем шанс одним ударом решить проблему террористического воздействия на правящий Род. Представляете, какой шанс выпадает для наших чопорных врагов с Острова⁈