Книга Дорога в грядущее, страница 194 – Валерий Гуминский

Свояк чуть ли не целыми днями пропадал в Ялте, благо до неё рукой подать. Он арендовал «Ладогу» и мотался на ней из одного города в другой. Станислав вдруг ощутил себя ненужной фигурой, болтающейся без дела. Не вытерпев бесцельного времяпровождения в маленьком уютном саду, он напросился со Свояком в Ялту, когда тот в очередной раз собрался туда по каким-то делам, причём, с таким загадочным лицом, что усидеть на месте полковник не смог.

— А давайте, — согласился Свояк, распахивая створки ворот из металлопрофиля, чтобы выгнать «Ладогу» на улицу. — И мне скучно не будет.

— Ты лишь из-за этого каждый день смываешься с дачи? — усмехнулся Аржевский, помогая ему.

— Британцы — снобы, — заявил коллега и показал рукой на машину, дескать, садись, не стой. А когда занял место за рулём, продолжил: — Может, я плохо знаю британцев, но Эндрю — это образец невероятной скуки. Посмотришь на него, скулы сразу сводит, как от прокисшего пива. А вот Майка… — он причмокнул губами, неторопливо ведя «Ладогу» по неширокой асфальтированной дороге в серых заплатах. — Деваха — огонь, по ней это сразу видно. И фигурка отменная. Каждое утро любуюсь, когда она в просвечивающем сарафанчике выходит из дому. Знает, стерва, что хороша.

— Ну так загляни вечерком в гости, — посоветовал Аржевский, улыбаясь.

— Заглянул разок! — хохотнул Свояк, аккуратно притормаживая, когда дорога пошла вниз. — Поймала на болевой, уронила на пол и по рёбрам пнула. Хорошо, босой была, а то бы переломала. Сказала, что приличные джентльмены, хотя бы, сначала намерения показывают, а не лезут сразу в постель к леди.

— Оплошал ты, дружище, — посочувствовал ему полковник, отворачиваясь к окошку, чтобы скрыть довольное лицо. — Надо бы сначала цветы подарить, в ресторан сводить…

— Так и сделаю, когда обеспечим канал перехода в Турцию, — кивнул Свояк.

— Подожди, они в Турцию решили уходить? — удивился Аржевский.

— А ты как думал? — посмотрел на него коллега. — После шухера, который устроят эти британцы, весь Крым будет блокирован. Будут шерстить на дорогах каждого, кто вздумает выехать. Нам придётся сидеть тихо, как мышам под веником, ещё пару-тройку недель. А потом на теплоходе в Стамбул рванём.

— Так, давай-ка поподробнее, — Станислав встревожился. — Что значит «рванём»? Ты кого имеешь в виду? Себя и Эндрю с Майей?

— И тебя тоже.

— Нет, на это я не подписывался! — мгновенно ощетинился Аржевский. — Это же чистой воды внедрение в стан противника!

— Догадливый, — ухмыльнулся Свояк, выезжая на трассу, ведущую в Ялту. — Есть такая мысль сделать тебя перебежчиком. Контрразведчик, носитель секретной информации, с налаженной агентурной сетью в России. Да тебя с руками и ногами оторвут!

— Вот именно что контрразведчик, а не разведчик-нелегал! — проворчал Станислав. — Чистой воды самоубийство. «Там», знаешь ли, не дилетанты сидят. Они раскусят меня, как белка — орех. Вообще, я думал, ты ликвидируешь всех причастных к операции. Только знай: я за тобой смотрю внимательно.

— Жалко Майку, если такой момент настанет, — Свояк спокойно выслушал Аржевского. — Хороша девка. Эндрю кончу, рука не дрогнет. А вот её… даже не знаю.

Полковника не смутила нарочитая растерянность в голосе водителя. Контора умела подбирать в отдел ликвидации людей, которые своих родственников, не моргнув глазом, на тот свет отправят.