Книга Новое назначение, страница 67 – Андрей Васильев

Оперативники проводили взглядом покачивающегося из стороны в сторону участкового, а после, не сговариваясь, уселись на скамейку.

— А ведь он о чем-то таком догадывается, — сообщил коллегам Баженов. — Зуб даю.

— Ясное дело, — подтвердил Морозов. — Мужик тертый, опытный, неглупый, на земле этой давно работает, всякое повидал. Потому и не полез в подвал в одиночку.

— Струсил, выходит?

— Тут дело не в трусости, Славян, — покачал головой Саша. — Слышал ведь — не дурак он. Знал, что и девчонку не спасет, и сам сгинет, а какой в том смысл?

— Все вроде ты верно говоришь, но все равно — как-то это неправильно, — подумав, произнес Баженов. — Я сам не герой, но просто сидеть и пиво лакать, когда там малую невесть кто мытарит, не смог бы.

— Как и я, — кивнул Морозов. — И Олежка тоже. Но не нам его осуждать. Знаешь, если бы это на самом деле бомжи шалили, уверен, он даже без ствола за ними рванул бы. Но он с самого начала знал — там что-то другое. Не люди. Это многое меняет.

— Долг есть долг, — упрямо пробубнил Славян.

— Если мы проживем столько, сколько он, то, скорее всего, лучше его поймем, — предположил Морозов примирительно, а после хлопнул Ровнина по плечу. — Ну а тебя, Олежка, с почином. Молодец, все сделал как надо.

— А что под конец тебя склинило малехо — так это нормально, — поддержал коллегу Баженов. — Я после первой встречи с гулями вообще проблевался. Правда, тогда их Митька с Саввой выпотрошили, как рыбин. И картина та еще, и вонь соответствующая.

Пока оперативники общались между собой, Олег раз за разом прогонял в голове случившееся, и у него один за другим возникали вопросы, на которые хотелось бы получить ответы, но вот уверенности в том, что их стоит задавать, как-то не возникало.

Но кое о чем он не спросить не мог.

— Почему они нас не убили? — глянул юноша на Морозова. — Могли же?

— Могли, — подтвердил тот, доставая из кармана пачку сигарет, — массой задавить, да и все. Понятно, что мы отступили бы в коридор, где удобнее оборону держать, и с десяток этих поганцев минимум покромсали. А потом — общий привет. Но ты бы свалить успел и в отделе про случившееся рассказал.

— Не-а, не свалил, — вдруг возразил ему Баженов. — Ему бы самолюбие не позволило. И не простил себе такого после, да?

Ровнин промолчал.

— Ты, Олежка парень правильный и хороший, просто еще не разобрался в том, что иногда отступление не трусость и не подлость, — продолжил Слава. — Да не красней, я сам таким же был, когда сюда пришел несколько лет назад. И не сильно сразу понял, что приказ в отделе иногда больше, чем просто приказ. Оставшийся в живых расскажет о том, что случилось, Францеву, а тот смертями нашими или еще чьими распорядится с умом, обернет их на пользу дела. И вот это — главное.

— Все так, — подтвердил Морозов. — Молодец, Славка, что запомнил, что тебе в свое время Митька Шпеер сказал. Причем прямо слово в слово!

— Говорю же — по моим следам идешь, Олежка, — усмехнулся Баженов. — А я, наверное, еще по чьим-то. Даже не наверное, а наверняка, мы все на одни и те же грабли наступаем. Ну, кроме вон Мороза. Он сразу, наверное, был рассудительный и морально устойчивый.

— Да нет, тоже косорезил, — затянулся сигаретой Саша. — Видел бы ты, как меня Францев гонял как-то раз по берегу Мерянки. Это река такая в Долгопрудном. Ох как гонял! Я его тогда по собственной дури, которую за правильный поступок принял, чуть с тамошним водяником не рассорил. Поймал бы — утопил, точно говорю.