Книга Простые истины, страница 56 – Андрей Васильев

— Так. — Аркадий Николаевич обвел взглядом лица сотрудников. — А чего я вас собрал?

— Вам виднее, — флегматично отозвался Савва, сидящий на корточках под картой Москвы. — Сказано прийти — мы пришли.

— Исполнительность — это хорошо, — похвалил его Францев. — А! Вспомнил! Я хотел вас похвалить за добросовестную работу и самоотверженность, проявленную летом. Косячили мало, к делу все относились ответственно.

— Прямо все? — усомнилась Елена, глянув на Баженова.

— Нет, если брать среднеарифметическое по отделу, — пояснил начальник. — По персоналиям разбирать не хочу, мы либо в ругань скатимся, либо мне придется признать, что я, скорее, самоуспокоением занимаюсь. И вообще — не сбивайте меня. Лучше вот, разбирайте. Считайте, что это вам квартальная премия перепала.

Он открыл ящик стола и выложил перед сотрудниками не слишком толстые, но и не слишком тонкие стопки купюр, сколотые скрепками.

— Фига се! — изумился Баженов, шустро цапнув одну из них. — Неожиданно, но как приятно! Откуда такая красота, Командор? Неужто про нас кто-то наверху вспомнил?

— Не строй иллюзий, Слава, — посоветовал ему Францев, — и не жди милостей от… Не жди, короче. А за премию спасибо вон Олежке скажите. Ему Джума вчера с королевского плеча перстенек подарила, а он сказал, что носить его не собирается, потому я могу делать с ним что угодно. В результате подарок королевы превратился в деньги, а те в премию.

— Умница, Олежек! — Ревина шустро перебрала пальчиками купюры, а затем чмокнула юношу в щеку.

— Ты правильный опер, Ровнин! — не стал сдерживать эмоций и Баженов. — Да тут, может, и на «пилот» хватит! А не хватит — у тебя займу.

— Кстати! — Францев снова залез в ящик стола достал оттуда еще одну стопку купюр, на этот раз стянутую зеленой резинкой. — Вот, держи и сделай так, чтобы наш автотранспорт хотя бы до следующего лета добегал. Ты вроде говорил про какой-то сервис, где у тебя есть хорошая скидка?

— Есть такое, — заверил его Славян, забирая и эти деньги. — Сделаем.

— Собственно — все, — сообщил подчиненным Аркадий Николаевич. — А теперь работать. Задания я вам раздал, так что в путь. Ревина, Ровнин, а вы задержитесь.

— Так. — Францев глянул на стоящую перед ним парочку и вздохнул. — Что до вас — прямо сейчас отправляйтесь в «Дом на набережной». Знаете такой?

— Нет, — бойко ответил Олег.

— Конечно, — одновременно с ним сообщила начальнику Елена, после чего молодые люди столь же синхронно переглянулись.

— Ревина и Ровнин, — потер лоб Аркадий Николаевич. — Весь вечер на манеже. Одно хорошо — в том доме давно уже обитают жильцы попроще, чем, к примеру, лет десять назад, потому особых проблем вы мне создать не должны.

— А раньше там кто жил? — мигом поинтересовался Олег.

— Лучшие люди Родины, — пояснил ему начальник. — Актеры, физики, химики, кое-кто из генералитета и так далее.

— Писатели, — подсказала ему Елена.

— Нет, эти в основном на «Аэропорте» обитают, на улице Черняховского, — покачал головой Францев. — Для них там специально дома в конце пятидесятых построили. Кстати, крайне специфическая публика эти литераторы, дело с ними иметь большей частью сложно, а иногда и вовсе неприятно.

— Пьющие? — сочувственно уточнила девушка. — Или с гонором?

— И то, и другое, и третье с четвертым, — поморщился Францев. — Если столкнетесь — поймете. Но сейчас речь не о них. Так вот, кое-кто из старых жильцов в «Доме на набережной», конечно, еще остался, но в целом народонаселение поменялось. Место статусное, престижное, потому там теперь прописались новые хозяева жизни — политики средней руки, финансисты, преуспевающие бизнесмены и так далее.