Книга Тени Былого, страница 19 – Андрей Васильев

— А еще к нему женщины ходят. — Тамара Васильевна поджала губы. — Добро бы молодые, ровесницы его, а то ведь такие, что этому студенту в матери годятся! Что за времена! Что за нравы!

— О как, — мигом насторожился Нифонтов. — И часто ходят?

— Не каждый день, врать не буду, но случается, — покивала старушка. — На той неделе одна такая заявилась. В шубе, серьги бриллиантовые в ушах качаются, пальцы все в перстнях. Тьфу, стыдобища! И главное — этот-то ведь глист глистом, чего они в нем находят? Сутулый, худющий, глядеть не на что. Разве что ниже пояса у него что-то совсем героическое, прости господи? Да вон он идет, самокатом своим громыхает по полу. Сами поглядите!

И верно, молодой человек, проходящий мимо окон консьержки и говоривший по очень недешевому смартфону, на альфа-самца точно похож не был, полностью отвечая данному ему описанию.

— Очень дорогая модель самоката, — немедленно сообщила Нифонтову Женька. — Премиум, отвечаю. Я когда про нее читала, чуть слюной не захлебнулась. Две батареи, тринадцатидюймовые бескамерные шины, настраиваемая подвеска, и разгоняется он почти до сотни км в час.

— Любопытно, — проводил юношу взглядом оперативник. — Тамара Васильевна, а он давно в этот дом заселился? В смысле — квартиру снял?

— Месяца два как, — подумав, ответила старушка. — Или около того. Но уже после Нового года, это точно.

— Спасибо. — Коля приложил руку к сердцу. — Если бы все граждане отличались такой же активной гражданской позицией, как вы, то мы бы давно преступность победили. На каком этаже, стало быть, этот юноша живет?

— На четырнадцатом, — тут же ответила консьержка. — Никак задерживать его станете? Так он что — наркоман? Или чего похуже?

— Ведется оперативная разработка, — заговорщицким тоном произнес Нифонтов. — Так что никому ни слова, даже лучшим подругам. Дело государево, поймите правильно. Мы могли бы взять с вас подписку о неразглашении, но не станем, поскольку кому-кому, а вам доверяем полностью.

Старушка призадумалась. Ей очень не хотелось связываться с законом, но и поделиться увиденным страсть как было охота.

— Как зовут этого деятеля? — уточнил оперативник.

— Виктор, — отозвалась Тамара Васильевна. — А фамилия его — Пичугин.

— Спасибо, — снова поблагодарил ее Нифонтов. — Жень, пошли на улицу, перекурим и подумаем, что дальше делать.

По всему выходило, что этот сутулый тип и есть тот, кого они ищут, по крайней мере, внешне все сходилось. Более того — Коля был уверен в своей правоте. Но при этом он отлично понимал, что самокат, жилье с не самой дешевой арендной платой и визиты зрелых дам — это даже не косвенные улики, это вообще ни о чем. Мало ли откуда у человека деньги взялись? Так что послать их господин Пичугин мог запросто, потому что предъявить ему было нечего.

Нет, оставался силовой вариант разговора, который с огромной долей вероятности мог дать результат, благо парень явно был хлипковат по всем позициям и почти наверняка начал бы каяться после первого же удара в печень. Но Ровнин очень не любил подобные вещи, считая их самым последним аргументом, к которому прибегать надо только в крайних случаях, о чем не раз говорил сотрудникам. Правда, тетя Паша, когда слышала подобные душеспасительные беседы, как-то очень странно, не сказать ехидно, улыбалась, поглядывая на начальника отдела, но чем это было вызвано, никогда никому не рассказывала.